Но Аннабель боится даже собственной тени, что с нее взять. Из-за поведения призрака я в свою очередь опасалась, что в самый ответственный момент, несмотря на данное мне обещание, она откажется помогать.
Я задала вопрос, а ответом была тишина.
— Возьми себя в руки, Аннабель! — прошипела я. — Подумай о Криспиане. Ты же хочешь его освободить? Если меня запрут в темнице, это будет проблематично.
Аннабель всхлипнула, но сделала осторожный шаг из угла. Она словно шла по канату, натянутому над пропастью. Тряслась и чуть ли не рыдала, но все же приблизилась ко мне и спряталась за моей спиной.
— Он там, — трагическим шепотом сообщила Аннабель мне на ухо.
Я кивнула. По крайней мере, враг на месте. Уже плюс.
По правде говоря, я скрыла часть информации от других. В письме Аланы была еще третья страница старой рукописи. Именно там говорилось, как уничтожить душегуба.
Алана написала, что душегуба невозможно изгнать до тех пор, пока не найден тот, кто его наслал. Существо не материально, оно что-то вроде киллера, созданного чужой злой волей.
И пока заказ не будет выполнен, от него не избавиться. Единственный выход — отменить заказ, а для этого необходимо выяснить имя заказчика.
Одним словом, мне необходимо поговорить с душегубом и узнать, кто его прислал за принцессой. Но как это сделать, когда я его не вижу и не слышу? Вот тут мне нужна Аннабель. Без нее вся эта затея обречена на провал.
Но надо смотреть правде в глаза — Аннабель не способна вести допрос душегуба. Она и посмотреть на него не в состоянии, все прячется за моей спиной.
Даже если я буду диктовать ей что говорить, вряд ли она это повторит.
И все же я не отчаивалась. Была у меня одна идея. Откровенно говоря, сомнительная. Я почерпнула ее из кинематографа. Конкретно из «Привидения». Герой фильма умер и стал призраком, как Аннабель. В какой-то момент он вселился в медиума и смог управлять ее телом. При этом они стали как бы одним целым.
Вот если бы Аннабель вселилась в меня… возможно, тогда я бы тоже увидела душегуба и смогла с ним пообщаться.
Свое предложение я озвучила Аннабель.
— Да ни за что! Это противно, — шарахнулась она от меня. — Соединений тел и душ — интимный процесс. Мы не настолько близки.
Исчадие и та смотрела на меня как на ненормальную, а я чувствовала себя смертником, которому нечего терять. Хуже вряд ли будет. Я определенно достигла дна.
— Сейчас не время пререкаться, Аннабель, — топнула я ногой. — А ну быстро вселяйся в меня!
Командный голос сработал безотказно.
