…— сказал он и осекся, увидев Руслана, — а ты что тут делаешь?
— К жене пришёл! — рявкнул Рус, окончательно выходя из себя, — а вот какого черта ты к ней притащился? Яйца подкатить решил?
Я видела, как его крыло, но кто виноват?
— Выдыхай, Адашев. Мы, в отличие от тебя, на работе работаем, а не всякой хренью занимаемся, — от столь явного намека муж побагровел, а Кир, как ни в чём не бывало подошел ко мне: — Лан, распечатай мне всё, что есть по Майорову. Он ждёт.
— Сейчас, — я снова обратилась к компьютеру и, с трудом управляя дрожавшим в руках курсором мыши, открыла нужную папку.
Потом, уже не глядя добавила, — Рус, ты ещё здесь? Покинь мой кабинет, пожалуйста.
Он зашипел сквозь зубы и ушел, едва не сорвав дверь с петель.
На меня тут же накатило бессилие. Я отправила файлы на печать, а сама уткнулась лицом в ладони. Да что ж так больно-то? Когда полегчает?
В какой-то момент я почувствовала чужое прикосновение к своей спине.
— Лана….
— Документы готовы, забирай и уходи.
— Я просто хотел сказать, что, если вдруг потребуется помощь, ты только позови.
Я тут же прилечу.
— Лучше к Ане лети, — я дернула плечом скидывая его руку, — и дверь за собой не забудь закрыть.
— Но….
— Уходи, Кир! Оставьте меня в покое. Вы оба!
Он ещё немного потоптался возле меня, но так ничего больше и не дождавшись, был вынужден уйти.
Не знаю, как мне удалось пережить этот дурацкий день.
Руслан ещё дважды появлялся у меня в кабинете, яро демонстрируя замашки собственника. Кружился, как волк, отгоняя каждого, кто появлялся на горизонте, особенно Кирилла.
Между ними прямо искрило, а я малодушно думала, что лучше бы они прибили друг друга, чем мотали нервы мне.
На голом энтузиазме я продержалась большую часть рабочей смены, и всё-таки сбежала на час раньше. Просто в какой-то момент поняла, что больше не могу, и ушла. А когда начал трезвонить телефон, поочередно высвечивая то Руслана, то Кирилла – отключила его без колебаний.
Оставьте меня в покое. Всё. Я просто хочу спокойствия и кнопку, нажав на которую, можно отключить все ненужные чувства.
36.
РУСЛАН
Да вашу ж мать, а? Да что это за херня-то такая? Кто-нибудь может мне объяснить?
Как моя размеренная, счастливая жизнь превратилась вот в это вот?
Я бился, как рыба об лёд, а Лана меня не слышала! Смотрела, окатывая холодом и пренебрежением, не подпускала близко, не откликалась. Будто чужая.
Но это ведь нифига не так! Мы — родные! Душа в душу столько лет....
