– Я не милорд, – забытое обращение неприятно кольнуло: он больше не лорд. – Прикройся и встань, – утешать маг не умел, да и не знал, как следует себя вести с ребенком, но на первое время решил, что сюсюкать – не вариант.
Мальчишка завозился, с удивлением заметил повязки на своих запястьях, затем подхватил простыню обеими руками, попытавшись прикрыть ею как можно больший участок тела. Учитывая ее размер, у него были все шансы завернуться в ткань, как в кокон, целиком.
Наконец гость поднялся на ноги. Ростом он оказался Мартину по плечо.
Невысокий, широкая кость, просто слишком худой. С таким телосложением мальчишка должен был быть плотным боровичком, а не ходячим скелетом – типичный аленсиец. Март слышал, что рыжих там больше, чем где бы то ни было. Они сами называли свое королевство солнечной страной – из-за количества рыжеволосых людей.
Мальчишка завернулся в простыню, как в саван, и стоял, придерживая ткань на плечах и часто моргая.
– За что тебя сбросили в реку?
Тот вздрогнул снова.
– Милорд, пощадите!
Март скрипнул зубами.
До взаимопонимания было далеко.
– Я. Не. Милорд, – повторил медленно, с расстановкой, с нажимом.
– Господин колдун! – Мальчишка начал пятиться.
Мартин закатил глаза. Выловил же себе проблему.
– И не господин. Меня зовут Мартин. Можно Март.
– Господин!
Март вздохнул.
– Ладно, пусть будет «господин», – отмахнулся, решив, что не обеднеет от такого названия. – В реку – за что?
Тот шмыгнул носом; плечи поникли, и мальчишка будто еще больше убавил в росте.
Март присмотрелся: нет, он старше, чем магу показалось, лет четырнадцать-пятнадцать, не меньше.
– Слишком много ел, – ответил парнишка, отводя глаза.
В других обстоятельствах Мартин рассмеялся бы: этот – и много ел? Однако смотреть на ходячий скелет было совсем не смешно. Ел ли он вообще?
– Зовут тебя как?
– Господин… – кто его знает, до чего он додумался, но мальчишка вновь стал пятиться.
Можно подумать, палачи сначала интересуются именем своей жертвы.
– Имя, – повторил Март, в упор уставившись на парнишку.
– П-пьетро, – выдавил наконец тот, отчего-то снова зардевшись. – Петька. – Это уже напоминало какую-то кличку.
– Пьетро, значит, – одобрительно кивнул маг.
Выходило, что он не ошибся: Пьетро – распространенное аленсийское имя.
Внизу хлопнула дверь.
Пацан снова втянул голову в плечи.
– Вот что, Пьетро, сиди тут. Я скоро приду.
Тот дернул головой (вероятно, это можно было расценить как кивок), а его глаза стали огромными от ужаса.
