Набрала в грудь побольше воздуха, решаясь, и выпила содержимое посуды залпом.
Черное «зернышко» исчезло.
Ноги женщины подогнулись, и она бы рухнула на пол, если бы Мартин ее не подхватил и не помог сесть на стул; ножки стула вновь протяжно скрипнули.
– Спасибо, – пролепетала Гелена.
– Садитесь и рассказывайте, – велел Март. – Рассказывайте с самого начала.
– Он бросил учебу. Мой Холли… – Голос женщины звучал глухо, но она отчаянно старалась не расплакаться вновь, а рассказать все с самого начала, как и просил маг.
Мартин нашел еще один стул в другом конце помещения, поставил рядом со столом и тоже сел. Что-то подсказывало ему, что история будет долгой.
– …Не знаю, с кем он связался. Мой Холли… Сказал, что кузнецкое дело для дураков. Для тех, кто только и может стучать молотом, а не думать… Его отец был кузнецом… Я не думала…
– Не отвлекайтесь, пожалуйста, – попросил Март. – Воды вам налить?
В ответ женщина быстро замотала головой.
– Спасибо… напилась.
Крови в воде было немного, вряд ли Гелена хотя бы почувствовала вкус.
Но впечатлило ее это куда больше, чем тот факт, что в нее вселился собственный сын.
Продолжила:
– …Холли сказал, что видел в городе рес-то-ра-ны, – произнесла по слогам незнакомое слово. – Не харчевни, не таверны – рестораны. Он хотел открыть свой. – (Так вот откуда тяга нежити к местам общественного питания. Март кивнул, поощряя продолжать.) – Рецепты с собой привез, старался. Он был так счастлив… – На глаза матери навернулись слезы. – Я и правда думала: какой кузнец, не его это… Холли заработал в городе денег.
Для открытия заведения этого, конечно, было мало, и тогда он решил, что не обязательно сразу открывать в Прибрежье диковинный рес-то-ран – можно сперва попробовать переделать что-то, что есть, донести свои идеи до тех, кто уже давно занимается этим делом. Он прошел по всем харчевням, постоялым дворам, трактирам и тавернам. – Да, в крохотном Прибрежье таких заведений имелось гораздо больше, чем лошадей. Горожане почти не готовили дома. – Везде его осмеяли, опозорили.
Крол и вовсе… отлупил… – (С этого станется, Март даже не удивился.) – И деньги отнял.
Мартин чуть было изумленно не спросил: «Он что, носил все заработанное с собой?» Но вовремя прикусил язык. Не ему ужасаться глупости и неосторожности других. Сам в эти дни отличился – хуже некуда.
– …Холли хотел пожаловаться в магистрат, – продолжила Гелена уже спокойнее; уперлась взглядом в сцепленные на коленях руки. – Но Крол пригрозил, что будет хуже.
