Результат превзошел его самые смелые ожидания – половицы разлетелись в стороны как труха.
Глава 9
Март быстро оказался в комнате. Хотел спалить одним ударом и носителя, и «подселенца». Старым добрым методом, поощряемым гильдией, которого он так долго стремился избегать. Уже вскинул руку…
– Живой, – сорвалось с искусанных в кровь губ с таким облегчением, что рука опустилась.
Женщина, в чем маг уже не сомневался, была в комнате одна. Только теперь, когда Мартин знал, куда смотреть и что искать, он отчетливо видел черную пульсирующую сущность посреди ее солнечного сплетения.
Крошечную, не больше горошины, но плотную и откормленную материнским горем настолько, что сущность почти взяла контроль над чужим телом.
Март отряхнул пыль и щепки с плеч и волос. Все это время женщина следила за ним затравленным взглядом, вжавшись в угол комнаты.
– Да как ты!.. – попробовал было встрять мертвый сынок, но маг выбросил вперед руку и сжал пальцы в кулак.
Грубый мужской голос оборвался, а Гелена Роуг в испуге схватилась за горло.
– Упокоим добровольно? – поинтересовался маг, все еще держа руку перед собой и не давая захватчику тела вмешаться.
Женщина отчаянно закивала; из глаз по впалым щекам покатились крупные слезы.
Мартин кивнул, сам не зная, ей или собственным мыслям. Подошел ближе. Та инстинктивно попятилась.
– Не двигайтесь, – попросил маг, наконец разжал кулак и приложил ладонь к тому месту, в котором пульсировала яростная, переполненная ненавистью и злобой черная точка.
Женщина дернулась от прикосновения. – Я не причиню вам вреда, – пообещал Март. Та закивала, тем не менее вжалась лопатками в стену."
"Под воздействием черной магии точка внутри тела женщины сжалась, ослабела и походила теперь не на горошину, а на крохотное зернышко. Гелена задышала чаще.
– Легче, – прошептала она с таким удивлением, будто он только что снял с ее плеч тяжелый груз.
– Будет еще легче, – ответил Март.
Поискал глазами посуду, из которой можно было бы пить; нашел ведро с водой и ковш (глиняная кружка осколками валялась у ног).
Набрал в ковш воды, после чего достал из сапога нож, который с недавних пор не забывал брать с собой; закатал рукав и резанул по предплечью. Бурая струйка побежала в посуду, быстро смешиваясь с прозрачным содержимым.
Можно было бы напоить женщину непосредственно кровью, как он поступил с Ларкой. Но та была не в себе, а эта – в сознании.
– Выпейте, – протянул ковш хозяйке. – Так надо.
Та снова закивала.
