– Угу, – отозвался Март; провел ладонью по лицу, с усилием поборов зевок. – Пил.
В общем-то, состояние и правда напоминало похмелье.
Контролер осуждающе поцокал языком, но углубляться в тему вреда алкоголя не стал. Март даже проснулся от неожиданности: Ризаль – и без нравоучений.
– Я, собственно, чего тебя вызвал, – заговорил тот таким серьезным тоном, что спать окончательно расхотелось. – Слышал уже про Глостеров?
Мартин мысленно выругался. Эту фамилию он слышал впервые, но даже не сомневался, о ком пойдет речь.
Отрицательно покачал головой.
– Дом сгорел этой ночью. Богатые люди. Недавно из столицы.
– У богатых не горят дома? – не слишком удачно пошутил Март.
Ризаль ожидаемо даже не улыбнулся.
– Горят, – согласился сухо. – Но не тогда, когда хозяева – черные маги – с вечера распускают всю прислугу и дают ей полный расчет. А наутро в особняке обнаруживается два обгоревших трупа господ.
– Ого! – Мартин даже присвистнул.
Кард тщательно проверял клиентов, не связаны ли они с властями, но забыл проверить, не идиоты ли они.
Рассчитать прислугу перед якобы неожиданной гибелью – верх идиотизма.
– Вот и я так подумал, – кивнул контролер.
– Трупы-то опознали? – осторожно спросил Март, взвесив все «за» и «против» и решив, что, даже ничего не зная о том, что произошло на самом деле, непременно задал бы такой вопрос.
– Нечего там опознавать, – проворчал Ризаль, нервно перекладывая перед собой бумаги. – Все сгорело. Остатки серег найти не смогли. Может, и поплавились. Может, и не было их.
Там такое пепелище!
– Думаешь, сбежали?
В ответ контролер одарил его тяжелым взглядом.
– А ты сам-то как считаешь?
Март считал, что они с Кардом совершили непростительную оплошность, и пока не совсем представлял свои дальнейшие действия.
– Похоже на подлог, – ответил осторожно. – Но серьги…
Ризаль глубоко вздохнул, потом полез в ящик стола, покопался там и извлек картонную папку для бумаг.
– Посмотри, – кинул на край столешницы, ближе к гостю. – Информация секретная, но в свете последних событий я считаю, что ты должен знать.
У Марта неприятно похолодело внутри. Не последует ли за этим высокопарное: «Ознакомился со всеми своими преступлениями? А теперь вытяни руки – ты арестован!» Но нет, Ризаль не настолько любит театральность, это по части Карда.
– Что это? – Мартин изобразил живой интерес и потянулся к документам.
– Читай, читай, – благосклонно закивал Ризаль. Все-таки он его ни в чем не обвиняет, иначе не вел бы себя так ласково.
