Мартин кивнул в ответ и шагнул к Шельесу, приподняв руки и демонстративно поведя ими из стороны в сторону.
– Голыми руками, помнишь?..
Мартин спустился по лестнице на первый этаж, на ходу опуская рукава. Ему все еще чудился хруст чужих позвонков под руками. Шельес до последнего верил, что серьга черного мага защитит его от расправы. А когда наконец дошло, попытался бежать. Но куда побежишь, когда собственная кровать встает на дыбы, преграждая пути к отступлению?
Брэниган стоял на одном колене возле дивана, на который положил Пьетро, и снимал с мальчика путы.
Тот все еще был без сознания, лишь глухо постанывал.
Рикхард вскинул голову на звук шагов; вопросительно приподнял брови.
– Сломал шею. Дух упокоил, – коротко отчитался Март; подошел к дивану. – Как он?
Брэниган нахмурился.
– Внешне – будет пара новых шрамов.
– Угу, – обронил Мартин и склонился над еще одним бесчувственным мальчишкой, лежащим на полу; проверил пульс. – Этого я, кажется, ударил слишком сильно.
– Этого – я, – буркнул Брэниган.
– Твой – у входа. Тоже живой, я уже проверил.
– Спасибо. – Март выпрямился."
"Навалилась страшная усталость. Безумно хотелось лечь на диван и закрыть глаза.
– Что ты делаешь? – не понял Рикхард, когда Мартин подошел к столу, вырвал из лежащего на нем блокнота страницу и написал на ней несколько строк; затем бумага исчезла прямо в его пальцах.
Маг дернул плечом.
– Вызвал Приуза. Твоих тоже захватит.
Глаза Брэнигана округлились.
– Ты серьезно?
– А похоже, что я настроен шутить? – огрызнулся Март.
– Может, предлагаешь все здесь спалить к чертям, с детьми в придачу? – Он кивнул на ближайшего подростка, раскинувшегося на полу в нелепой позе.
Рикхард в ответ только поджал губы.
Март сполз спиной по стене на пол и остался сидеть, подтянув к себе колени и откинув голову на шелковую обивку с веселым цветочным узором; прикрыл глаза.
– Тут есть еще дети? – глухо спросил Брэниган.
– Полный подвал, – сказал Мартин, не открывая глаз.
– И наверняка все они его рабы по закону…
На это маг отвечать не стал.
Он и сам понимал, что друг имел в виду. То, что, реши они поступить так, как велит закон, этот самый закон Шельеса и оправдал бы. Март давно выяснил, что рабство в Реонерии явление нечастое, а потому толком не регламентированное. Привез раба из-за границы – значит, владей. Можешь застраховать как дорогую собственность. А можешь тихо насиловать в своей кровати с кремовым балдахином – никто и слова не скажет.
