Не сознавая, держим, каждая, в ладошкеВсего начало и всего конецИ чувствуем: за много миль на светеЕсть в этой жизни нам душой близнец.И, встретившись, разлучены годами,Событиями, местами бытия,Вдруг с первого мгновенья понимаем:Ничто разлука, коль едины ты и яВ сомненьях, мыслях, действиях, поступках…Друг друга понимая с полуфраз,Благодарим за посланную свышеСудьбу, соединяющую нас…
1
— …Вот она — пляс де ля Конкорд! — Инна воодушевленно обвела рукой открывшуюся перед ними площадь. — Сначала она была посвящена Людовику XV, но во время Французской революции уничтожили все, что здесь находилось, а на месте конной статуи установили гильотину и казнили Людовика XVI, королеву Марию Антуанетту, Дантона, мадам Ролан, Робес Дениа… Лишь спустя годы площадь стала называться площадью Согласия.
Кстати, палачи и жертвы Французской революции, злые и добрые правители — все запечатлены в названиях улиц и в памятниках, все словно застыли в примирительном союзе. Но вернемся к площади: в центре — египетский обелиск из Луксора и великолепные фонтаны… Восемь статуй по углам площади — символы главнейших городов Франции.
— А при чем здесь колесо обозрения? — приподняв солнцезащитные очки, удивленно перебила ее Тамара. — Совсем из другой оперы.
— Ты права. Его соорудили не так давно, к миллениуму, и, говорят, скоро уберут. Вечно юная и современная французская нация искусно балансирует между дерзостью новаторства и традицией, между эффектностью зрелища и внутренним смыслом, — улыбнулась Инна.
— Вероятно, в Париже кто-то уже проектирует сооружения двадцать второго века, а потому многое тебе здесь покажется странным и несуразным, один Центр Помпиду чего стоит! А Эйфелева башня? Люди до сих пор спорят, снести ее или нет, а она меж тем давно стала символом города!
— Смотри-ка ты! Все как в жизни. Пока другие суетятся, настоящее само завоевывает себе место под солнцем.
Обойдя площадь по периметру, они прошли по тенистой аллее. Сквозь густые ветви деревьев с левой стороны просматривались стены какого-то дворца.
— Здесь берут начало знаменитые Елисейские поля, — продолжила Инна свой рассказ, — место, куда стремятся туристы, где проводятся самые торжественные церемонии. Совершенный образец роскошной улицы девятнадцатого века, а некогда это была скромная лесная дорога. Вот в этой части, до площади Рон-Пуан, в конце теперь уже позапрошлого века знать развлекалась во дворцах и танцевальных павильонах.
