Размахивая руками, позади нее мелко семенила вахтерша и рассказывала что-то противным визгливым голосом
— Пошли отсюда? — наблюдая за неприятной парой через стеклянную дверь, шепотом предложил Алексей.
— А как же ребята?
— Разберутся. Их много, виноватого все равно не найдут. Ну, идем?
— Тогда чем быстрее, тем лучше, — согласилась она. Того и гляди, Кравцов появится.
Прихватив бутылку, Леша взял Тамару за руку и, прикрывая собой от любопытных взглядов, пошел чуть впереди.
— Завтра полфакультета будет знать, с кем Радченко провел новогоднюю ночь, — заметила Тамара после того, как они нос к носу столкнулись с группой студентов, появившихся из дверей одной из комнат.
— Тебя это больше не должно волновать. Отныне это моя проблема. А теперь сюрприз. Подожди, пожалуйста, — попросил он, когда они оказались в тамбуре, и скользнул за дверь.
Озадаченная Тамара осталась стоять одна в темноте. Из соседней комнаты не доносилось никаких звуков, не было даже света: после скандального выселения Филевского пятьсот одиннадцатая комната слыла самой тихой.
— Входи! — услышала она Лешин голос, и в ту же секунду широко распахнулась дверь.
Переступив порог, Тамара сделала еще шаг и замерла: маленькая комната словно плыла в сказочном завораживающем мерцании свечей. Они были везде: на полу, на подоконнике, повторяли очертания мебели, поднимались вверх, спускались вниз, к полкам. На столе, рядом с украшенной мишурой еловой лапкой, в вазе яркими пятнами алели три свежие розы, лежат коробка конфет и стояла уже знакомая бутылка вина с двумя фужерами…
Легонько подтолкнув ее вперед, Алексей закрыл дверь, подошел к магнитофону, и пространство комнаты тут же наполнилось приглушенной мелодией.
Словно боясь прервать волшебную сказку, Тамара осторожно перевела дыхание, прикрыла глаза и, ощутив на шее прикосновения теплых губ, спросила:
— Это мираж?
— Нет. Все это наяву.
— Очередной трюк? — распахнула она глаза.
— Смертельный номер! — рассмеялся он. — Я не знаю, как ты представляла себе свою первую ночь с мужчиной, но я постарался сделать все, что подсказала мне фантазия.
— Но почему первую? Разве…
— Первую, — поправил ее Алексей, снял с ее плеч кофточку и аккуратно повесил на спинку стула. — Ты уж прости, — снова прикоснулся он губами к ее шее, — но я не выпущу тебя отсюда, пока не исправлю ошибку.
— И ты не боишься ее повторить? — приподняв голову, Тамара снова закрыла глаза и положила ему руки на плечи.
