Услышав эти слова, Леша остановился, поставил сумки на снег и достал сигареты.
— И у тебя были основания так думать? — повернувшись к ней лицом, серьезно спросил он.
— Были, и весьма веские. Не каждому доверяют доставить домой высокопоставленную барышню.
— Пашка растрепал, — понял он. — Можно было догадаться… Хорошо, начнем с того, что у этой, как ты выразилась, высокопоставленной барышни всего лишь высокопоставленные родители. И если бы она не была пьяна…
— Ну конечно, — усмехнулась Тамара. — Я и забыла, что ты у нас специализируешься по пьяным женщинам.
— Так… Мы ведь договорились…
— Некоторые в верности клянутся и даже женятся, — перебила она его. — Только потом, пока беременная жена дома сидит, ищут приключений на стороне!
— За Артема я отвечать не собираюсь, — словно отрезал Алексей. — У него своя голова на плечах. Но о том, что не одобряю такое поведение, сказал ему еще в пятницу.
— Надо же! А мне казалось, что вы с ним одного поля ягоды! Это он попросил меня встретить и предупредить, чтобы я Инке ничего не сказала? Не волнуйтесь, ничего я ей говорить не буду.
— Ты не вправе отчитывать меня за ошибки друга, да и друга из-за подобного проступка я терять не собираюсь! Если я когда-нибудь надумаю жениться, то подойду к этому вопросу гораздо серьезнее! — вырвалось у Алексея. — К счастью, пока я ни с кем не связан такими обязательствами.
— Все верно, — ответила Тамара после паузы. — Извини, я действительно не имею права тебя отчитывать. Пошли, мне холодно.
Пытаясь обойти Алексея, она сделала несколько мелких шагов, но оступилась, и ноги тут же стали соскальзывать в глубокий рыхлый снег.
Вовремя схватив ее за рукав, он помог ей сохранить равновесие и, оказавшись лицом к лицу, глядя в глаза, произнес:
— Если ты хочешь, чтобы мы с тобой снова поссорились, напоминаю: у тебя это не получится ни сегодня, ни завтра, поскольку я этого не хочу. Как только доберемся до общежития, предлагаю не откладывать в долгий ящик свои претензии и сегодня же во всем разобраться.
— И, поправив рукой прилипшую к Тамариному лбу мокрую от снега челку, добавил: — Извини, если я обидел тебя своим ответом… В ночь с пятницы на субботу я готов был поколотить любого… Волновался, не знал, где тебя носит… Хорошо, встретил Мишку, и он вспомнил, что видел, как ты шла к Ленской. Ты уж предупреждай меня в следующий раз, сделай милость. Последний шанс у меня остался: еще одна драка — и выпрут из института. Даже Куприянов не поможет.
