— Что там у тебя происходит?
Ни он, ни она не слышали, как соседка безуспешно пыталась открыть замок ключом, а потом принялась барабанить в дверь. К счастью Тамары, в кассе кинотеатра не оказалось билетов и парочка вынуждена была вернуться в общежитие.
— Лена, не уходи! Я сейчас открою! — истерично выкрикнула Крапивина.
Подхватившись с кровати, она дрожащими руками попыталась застегнуть металлические кнопки халата. Получалось это плохо. Бросив безуспешное занятие, она просто его запахнула. Мгновенно протрезвевший Филевский заправил в брюки выбившуюся рубашку, промокнул полотенцем кровоточащие раны и зло швырнул его на подоконник.
— Говорили мне, что ты полная идиотка! Дурак, не поверил!
Открыв защелку, он быстро прошел мимо отступивших к стене Ленки с Пашкой и громко хлопнул входной дверью.
— Что здесь произошло?! — шагнув в комнату, ахнула соседка. — Что с тобой?!
Беспорядок в комнате и растерзанный вид Тамары не требовали пояснений. В полураспахнутом халате и с багровым кровоподтеком на скуле она тут же бросилась на грудь к своей спасительнице и разрыдалась.
Сделав нехитрые умозаключения по поводу того, что здесь происходило, Щедрин молча закрыл дверь и вышел в коридор."
"Тамара же продолжала рыдать так, как не делала этого ни до, ни после. Словно все скопившиеся за последнее время слезы наконец-то нашли выход и обрушились соленым водопадом. Лена, впервые увидевшая такое от «железобетонной» соседки, посматривала на нее с опаской. Спустя полчаса она накапала в стакан тройную дозу валерьянки, заставила ее выпить и уложила в кровать.
Очень вовремя: в дверь постучали уставшие дожидаться Тамару приятели. На ходу придумав для Крапивиной разыгравшийся приступ мигрени, Ленка выпроводила их за дверь, дождалась, пока, продолжая все реже вздрагивать, соседка задремала, закрыла дверь на ключ и поспешила на этаж ниже. Надо было срочно поделиться с Пашкой всем, что она услышала.
…Наутро весь институт гудел, как растревоженный улей. Везде — в аудиториях, в коридорах, в туалетах — обсуждалась одна-единственная тема: драка между студентами пятого курса строительного факультета Алексеем Радченко и Александром Филевским.
Пикантной подробностью, передаваемой из уст в уста, было то, что свидетелем разборки оказался сам декан факультета. Как поговаривали, когда он попробовал разнять драчунов, ему здорово досталось. Говорили и о том, что отчисление пятикурсников — дело решенное: под готовым приказом не хватало лишь подписи вернувшегося утром из Москвы ректора.
