Мы ему на день рождения дорогую трубку подарили, а он вечно про нее забывает…
– Просто не успела зарядить! – в свое оправдание промямлила я.
– Где же наша машина? – проворчала Алка. – Сказала же: к главному входу!
Я поежилась.
– Замерзла, что ль? – покосилась на меня Алла.
Я закивала.
– А ко мне такой персонаж подкатил… – начала подруга. Я вспомнила о Виталии. Не удивлюсь, если он. – Назвался моим супергероем! Я, честно, сначала подумала, вдруг это Владлен?
– Сдался тебе этот Владлен! – нахмурилась я.
– Он же тебе дал понять, что ты ему не нужна. Что ты вдолбила его себе в голову?
– Ну, вдолбила и вдолбила! – рассердилась Алка. – Я не привыкла, чтобы кто-то мне отказывал…
Я пожала плечами. Алла вдруг расплылась в улыбке.
– Нет, ну как ты с Зайцем спала, это умора! – проговорила подруга.
– Чего-чего? – опешила я. – Поподробнее можно?
– Какие именно подробности тебе нужны? Вы спали на диванчике, обнявшись, прямо сладкая парочка твикс! Любо-дорого посмотреть… Я вас так и застала! Разбудила сначала Тему, он сразу домой засобирался… А тебя, конечно, фиг добудишься!
Я смутилась.
– Ой, Ритик! Кажется, такси! Так, серая «Тойота», номер 174… Точно, это за нами!
Алка припустила к такси, мерно стуча каблучками. Я поспешила за подругой, попутно оглядываясь по сторонам. Это майское утро было идеальным: тихие, еще безлюдные улицы, пение птиц над головой и прохладный весенний воздух. Еще я вспомнила про Артема и непроизвольно заулыбалась.
– А ты чего лыбишься? – поинтересовалась Алла, когда я усаживалась на заднее сиденье рядом с ней.
– Ничего и не лыблюсь… – запротестовала я, не в силах спрятать улыбку.
– Лыбишься, лыбишься!
– Отстань! – засмеялась я, отворачиваясь к окну. Да, город в пять утра был прекрасен. Прекрасным было все.
Глава двенадцатая
По дороге к аудитории я догнала нашего декана.
– Доброе утро! – приветливо улыбнулась я."
"– Ой, Риточка! Доброе! – откликнулся мужчина, передавая мне огромную стопку тетрадей. Сам он достал ключи от кабинета.
– Подержи, пожалуйста! Дверь только открою…
– Это наши черновики? – пропыхтела я, выглядывая из-за тетрадей. – Вы их уже проверили?
– Твою увидел! – кивнул декан, распахивая дверь в залитую солнечным светом аудиторию и пропуская меня вперед. – А вот работы Артема Зайца я не наблюдаю…
Я чуть тетради не выронила. Ну, Заяц! Погоди! Убью! Горбатого только могила исправит – это про него!
– То есть как? – жалобно пролепетала я.
