Каждая из нас переживала своё горе вдали друг от друга.
Вина за его смерть вновь проникает в мою кровь, отравляет сознание. Вакуум, в который я собственноручно упрятала свой разум, чтобы суметь пережить всё что мне предстоит, лопается.
— Тебе не было и месяца, когда Мураз привёз тебя к нам в дом, — начинает разговор она, стоя ко мне спиной. — Он просто поставил меня перед фактом.
— Ты уверена, что это то, о чём стоит говорить в данный момент? — спрашиваю, не понимая, почему она сейчас затрагивает эту тему.
По позвоночнику проходит холодок. Мне становится досадно и обидно. Не этих слов я ожидала от матери. Она никогда не дарила мне ласку и тепло, но ледяного холода, что сейчас исходит от неё, тоже не демонстрировала.
— Ты единственная боль, которую он причинил мне. Единственная ошибка, которую он совершил за всё время нашего брака, — словно не слыша меня, продолжает она. — Но я слишком сильно любила Мураза и приняла эту боль. Жила с ней. Играла роль твоей матери, которую он мне навязал.
— Спасибо. Низкий поклон тебе,— не удерживаюсь от желчи, что вызывает во мне её откровения. — Мы можем приблизиться к сути нашего разговора, мама? Что ты хочешь всем этим сказать?
Задыхаюсь от волны раздражения, вызванной её словами.
— Я хочу сказать, что ты не первая и не последняя женщина в этом мире, которая идёт на жертвы! Из-за твоего поведения, мои сыновья чувствуют себя виноватыми! Они считают что принуждают тебя к браку, — она замолкает, сверля меня колким взглядом.
Раздражение во мне сменяется злостью. Кажется, что сейчас лопнут вены от напряжения в висках.
— Перестань строить из себя бедную и несчастную! Я хочу, чтобы сегодня ты вела себя достойно! Как счастливая, влюблённая в своего жениха невеста! Всем нам приходится играть определённые роли, Камилла. Против воли, вопреки всему.
Мои брови взлетают вверх от удивления и неожиданности. Ну и требования!"
"— Мы играем свадьбу, когда ещё не наступила годовщина смерти отца! — выплёвываю яростно то, что гложет меня больше всего в этой ситуации.
— Я единственная, кого это волнует? Вы все не думали, что подумают люди? Ведь можно было всё организовать без этой помпезности. Почему никто не счёл нужным отговорить дядю? Я готова сделать всё, что требуется, чтобы сохранить компанию отца, но для чего при этом я должна сиять и прыгать от счастья?
— Твоему дяде не перечил даже Мураз. Он старший в семье, и его решения не оспариваются.
