Мадам Розалинда встала прямо у нашей повозки, откуда мы только что сошли, и отказалась двигаться, пока кортеж не исчез в переулке.
В этот раз во время визита хозяйка дома вела себя гораздо вежливее и почти не пыталась зацепить меня или госпожу Розалинду, так как к гостям вышел сам барон. К моему удивлению, я поняла, что хозяин дома рад видеть моего свекра. Они вполне душевно и тепло беседовали за столом, неторопливо попивая гипокрас.
Обе баронессы тихо и мирно обсуждали хозяйственные проблемы и немножко сплетничали о приезжем графе.
Дочь баронессы откровенно скучала, старательно не замечая меня. Баронесса Штольгер, как уже имевшая честь видеть и самого гостя, и его сопровождающих, восторженно рассказывала:
— Ах, дорогая госпожа Розалинда, какой удивительно милый и деликатный мужчина, этот самый граф. И он так смотрел на мою девочку… Конечно, я понимаю, что он избалован вниманием столичных дам, но кто знает, кто знает… Кроме того, в его свите есть еще и секретарь, пусть не такой и молоденький, зато очень солидный.
Слуги говорили, что он вдовец и весьма состоятельный. Ну и личная охрана графа – весьма достойные молодые люди.
Один из них, тот, который самый главный капитан Лейниц – ХОЛОСТЯК!
— Да, милая баронесса Штольгер, – понимающе кивала моя свекровь, – иметь незамужнюю дочь в наше время – большая обуза. Бог даст, на балу ваша девочка найдет себе достойного жениха, – сказано это было с некоторой долей ехидства.
Я слегка откашлялась, привлекая внимание госпожи Розалинды, и она, спохватившись, любезно добавила:
— Дело молодое, а вашей Риане пора уже собственное гнездо вить.
Эвон, какая красавица выросла, дай Бог ей здоровья.
С этим утверждением баронесса Штольгер спорить не стала, пробормотав ответную любезность о том, какой замечательный сын вырос у моей свекрови.
В общем и целом визиты прошли достаточно спокойно. Свекор тихо радовался, что я не позволила завязывать ему оба глаза. Хотя изначально госпожа Розалинда пыталась поскандалить на эту тему, утверждая, что муж ее выглядит слишком уродливо и позорит своим видом семью.
Пришлось напомнить ей о том, что она поклялась вести себя достойно.
Свекра вела я сама, лично, вежливо поддерживая под локоть, поэтому все визиты обошлись без эксцессов. Он ни разу не упал и даже не споткнулся. Постепенно баронесса успокоилась, а домой вернулась в прекрасном расположении духа.
И вот теперь — бал в ратуше!
***
Большую часть людей, собирающихся в зале, я никогда не видела прежде.
