Как такое возможно, что ни один из них не опомнился и не сказал «хватит», не помешал тому, что произошло? Или хотел сказать, но промолчал?
Один утверждал, что она толкалась в ответ, другой – что она была без сознания. Кто сорвал с нее платье, так и осталось невыясненным. У последнего, шестнадцатилетнего подростка, который был самым младшим в их компании, с эрекцией возникли проблемы, и тогда его приятель посоветовал ему вместо члена запустить внутрь руку. Он так и сделал, пока не увидел, что его пальцы покраснели от крови.
"
"Адам Виде вернулся в палатку только утром. Анетт Лидман лежала там, голая. Он спросил ее, как она себя чувствует. Она не ответила, и он вышел.
Когда же кто-то наконец забил тревогу и Анетт повезли в больницу, она по-прежнему находилась без сознания. Уровень алкоголя в крови составил четыре промилле.
Она понятия не имела о том, что с ней произошло.
Адам Виде и пятеро из остальных обвиняемых получили год тюрьмы за сексуальную эксплуатацию. По закону это не могло считаться изнасилованием, потому что девушка не оказывала сопротивления.
Даже самого младшего судили за жестокое обращение, но он был передан на попечение социальных служб.
Эйра поднялась и вскипятила себе воды для чая.
Какое-то воспоминание засело в голове и неотвязно грызло ее, что-то из курса юриспруденции. После жесточайших дебатов по этой теме соответствующая статья закона была пересмотрена. Разве это не в начале девяностых произошло? Она немного погуглила в интернете и нашла текст с решением, вынесенным на заседании риксдага, где изнасилование в Йевредалене упоминалось в связи с новым законодательным проектом.
В наши дни семеро насильников едва ли отделались бы годом тюремного заключения.
После чего Эйра занялась тем, чего с нетерпением ждала уже давно и вот наконец дорвалась. Прямо как ребенок, который с годами понял, что нельзя заранее подглядывать в рождественские подарки.
Она вернулась обратно к судебному приговору и принялась просматривать личные данные обвиняемых.
Имя в Швеции поменять легко, но вот персональный регистрационный номер сопровождает человека от колыбели до гробовой доски, и лишь в самых исключительных случаях государство позволяет гражданину порвать со своим прошлым.
Едва ли подобное могло произойти с человеком, который был осужден на год тюрьмы за сексуальную эксплуатацию.
Только штатные следователи имели портативные полицейские компьютеры, которые могли брать с собой домой.
