Мама держит в шкафу банку зёрен лишь для того, чтобы избавиться от головокружения по утрам — следствия пониженного давления.
А я люблю кофе. После того как съехала из маминой квартиры, первые недели пила его в таких количествах, что заработала проблемы со сном. Пришлось уменьшить дозу в два раза.
Глядя, как мама заносит над чашкой носик чайника, неожиданно для себя выпаливаю:
— Я передумала. Можно кофе?
Боковым зрением улавливаю, как бабушка начинает раздражённо ёрзать на стуле, но говорю себе об этом не беспокоиться.
Это ведь просто кофе, и что важно — он мне нравится. В двадцать четыре я вправе перестать чувствовать вину за свои предпочтения и тем более — не обязана их скрывать. Даже если эта «модная отрава»жутко закисляет организм и вымывает из костей кальций.
— Конечно, — отзывается мама и немного резко выплёскивает из чашки налитую заварку. — Тоже с тобой выпью.
Мы садимся за стол друг напротив друга и, не сговариваясь, переглядываемся. Бабушка никак не комментирует наш маленький бунт и продолжает молча пить свой травяной чай.
Ещё никогда мама не быланастолько понятной и близкой, как сейчас. Для этого мне всего-то потребовалось озвучить свои желания, а ей — меня в них поддержать."
"Когда наконец собираюсь домой, в прихожей меня провожает только мама. Бабушка демонстративно остаётся смотреть телевизор, хотя проводы в дверях — это наша давняя семейная традиция. [N1] Бабушка не была бы собой, если бы не дала понять, что недовольна моим вчерашним поведением.
— Может, среди недели по магазинам с тобой прогуляемся, мам? — осторожно спрашиваю я, замявшись на пороге.
— Ты же вроде говорила, что хочешь обновить сумку.
— Можно, — отвечает мама и почему-то сразу отводит взгляд.
Открытость друг другу — пока не изведанная для нас территория, но если мы обе будем стараться, то,возможно, когда-нибудь станем походить на аборигенов.
************
В такси по дороге домой я думаю о внушениях. О том, как много в наших головах живёт того, что нам совсем не принадлежит.
Что-то навязали с рождения, что-то чуть позже подкинул социум, а мы не раздумывая приняли это как единственно правильную модель существования. Но так быть не должно, ведь цель жизни каждого — стать индивидуально счастливым. Если моя бабушка получает удовольствие от осознания, что водородный показатель её крови стремится к щелочному, не факт, что от этого буду счастлива я. Может быть, моё счастье — это закиснуть где-то на кофейной плантации в Бразилии.
