И тут до меня доходит. Что я не смогу ему лгать и оправдываться, и жить с ним тоже не смогу. Нет, я не вернусь к Аверину, но после предательства, жизни нам с Захаром тоже не будет. Мои спокойствие, равновесие и стабильность пошатнулись. Все разрушено! Антон опять со мной это сделал. Но я сама прыгнула к нему в постель на волнах ностальгии и тоски, пришло время собирать камни. Гадко. Тошнит от себя. Я похожа на дрянь по отношению к Захару, он не заслужил.
Сжимаю ручки сумки и смотрю вперед на падающий крупными хлопьями снег.
Красиво сегодня, хоть и холодно. Зима скоро. По обочине бежит бродячая собачка, пытаясь перебежать дорогу, но поток машин не позволяет, постоянно окропляя ее грязными каплями. Когда-то эта худая, немощная собака была белая, а сейчас облезлая, грязная, побитая псина. Вот она дергается в сторону дороги, но очередная машина преграждает ей путь, и она отскакивает назад. И мне кажется, что эта собака – я.
Прихожу в себя, когда Захар садится в машину, и салон наполняет запах табака, непривычно чувствовать его от Захара.
Потому что этот мужчина идеален. Он молчит, сжимая руль руками в чёрной коже, и тоже смотрит вместе со мной на собаку. На его руке часы, стрелка которых монотонно тикает, действуя на нервы. Напряжение настолько зашкаливает, хочется сорвать их с его руки и выкинуть в окно.
– Почему ты вернулся? – спрашиваю, пытаясь справиться с внутренней истерикой.
– Хотел сделать сюрприз. Только сделал его себе, – спокойно, но холодно отвечает он.
– Как ты узнал, где я?
– Все просто, Татьяна. Все до больного просто… – он замолкает на несколько секунд, включает дворники, чтобы разогнать снег с лобового стекла и открыть нам вид. – Я прилетел, купил по дороге букет твоих любимых цветов и бутылку твоего любимого ликера. Между нами последнее время висело какое-то напряжение, я решил исправить это. Ненавижу недосказанность.
Он прав. Захар не живет чувствами, он никогда не взрывается эмоциями, а анализирует, наблюдает и делает выводы холодной головой.
Естественно, он заметил во мне перемены, но пришел к логическому выводу только сейчас. Я была под наблюдением.
– В нашей квартире и в нашей кровати тебя не оказалось. Я звонил – ты не брала трубку, я поднял всех и выяснил, что Настя у мамы, но никто не знает, где ты. Мать сказала, что рядом с тобой был парень, описала его внешность. Тут не сложно было сложить дважды два. Твой слишком наглый и самоуверенный водитель… – усмехается.
