Цепляюсь за его волосы, пытаясь оторвать от себя в порыве страсти, потому что в какой-то момент начинают дрожать ноги, наслаждение становится болезненно невыносимым, и я бесстыдно стону на всю квартиру, хватая воздух. Боже, как давно я этого не чувствовала! Чтобы не просто секс, не механические действия, а ураган эмоций и ощущений, когда накрывает с головой и топит в эйфории!
Его язык становится настойчивее, а пальцы безжалостно трахают, растягивая. Скручиваю его волосы, находясь в шаге от оргазма. Антон всасывает клитор, щелкая по нему кончиком языка.
Содрогаюсь всем телом, в ожидании чего-то острого и взрывного, что может дать мне только этот мужчина…
– Нет! – выкрикиваю почти плача, когда он отрывается от меня, дует на пульсирующую плоть, охлаждая пыл, и медленно вынимает пальцы. Низ живота болезненно ноет от неудовлетворенного желания, глаза наполняются слезами. – Пожалуйста, – хнычу. Распахиваю глаза и вижу, как это гад облизывает мокрые от моей влаги пальцы, внимательно наблюдая за мной. Ему нравится смотреть, как я плачу от болезненного желания, ему нравится понимать, что он имеет власть, и я знаю, чего он ждет.
Вслед за разочарованием окатывает злостью. Когда дело доходит до нашей близости, мы становимся жадными и дикими.
– Мерзавец! – шиплю, как кошка, резко поднимаясь к нему, посылая взгляд полный ненависти.
– Чего хочет моя кошечка? – с ухмылкой спрашивает он сиплым голосом. – Возьми сама, – усмехается гад.
Хватаюсь за его штаны, дергаю вниз вместе боксерами, выпуская наружу давно готовый твёрдый налитый член, сжимаю его, размазывая по головке капельку влаги.
– Твою мать! – рычит, как зверь, напрягаясь, играя мышцами на груди, вдавливает мне в губы пальцы, которые были во мне, вынуждая открыть рот. – Соси! – он тоже агрессивен, подавляет своей властью.
Аверин может быть романтичным, нежным, но в постели никогда не уходит вниз, всегда только сверху, даже если сверху я. Послушно всасываю терпкие пальцы, слегка прикусывая, прохожусь языком и вновь всасываю, когда он начинает имитировать ими точки.
– Давай, кошечка, ты сверху, – говорит в губы, отнимая пальцы.
Он избавляется от штанов, садится на диван, расставляя ноги, и тянет меня на себя. Хватаю его за шею, мстительно царапая ногтями, и медленно насаживаюсь на твердый член. Совсем немного, позволяя войти только головке, и замираю, дразня моего зверя. Чувствую, как по его телу прокатывается дрожь от нетерпения, как сжимаются ладони на моих бёдрах, как рвется частое дыхание.
Рывок.
