Открываю окно, потому что жарко становится, и только потом поворачиваю голову.
- Мы и не ссорились, - пытаюсь говорить непринужденно. – Я уехала, потому что…
- Лилёнок, ты с детства врать не умела, - цокает языком и головой качает неодобрительно.
- Папа меня учил, что врать плохо, - подает голос Софи с заднего сиденья."
"О да, цербер мне тоже этот урок преподал. Так, что я оказалась в другом городе. Вот только и сам о многом умолчал.
Но теперь, после нашего откровенного разговора, все только усложнилось.
Возможно, у нас могло бы получится, если бы не жена, которая угрожает Софи. Не хочу мешать Мейеру решать этот вопрос.
Смотрю на бусинку через зеркало заднего вида, вздыхаю лихорадочно, вспоминая слова Артура.
«Она написала отказ от ребенка»…
Делаю глубокий вдох, чтобы усмирить эмоции. Все это время отец молчит. Ждет, когда я буду готова объяснить ему, что случилось.
- Мы с Артуром… нашли консенсус, - осторожно тяну я.
- Вот как это сейчас называется, - смеется папа и закашливается.
– Лилёнок, дорогая, - обращается ко мне уже серьезно. Отрывает взгляд от дороги и переводит на меня. – Что бы между вами ни случилось, не уезжай больше.
- Не уеду, - киваю. – Обещаю.
И даже не подозреваю, что совсем скоро пожалею о своем обещании…
- Я давно Артура знаю, - не унимается отец. – Хороший он мужик, но со своими тараканами. И с женой бывшей полный п… - косится на Софи и смягчает формулировку, - пушистый зверек случился.
- Не бывшей, - выпаливаю я. – Я в курсе, пап. Артур обо всем рассказал, - украдкой поглядываю на Софи.
- Понял, - выдыхает и паркуется у ворот. – Сложно вам придется. Но я рядом, Лиль. Ты даже оскорбила меня побегом своим. Будто я за собственную дочь рвать и грызть не буду.
Не успеваю ничего ответить, потому что папа покидает машину. Сначала помогает Софи выбраться из автокресла – и отправляет ее в дом. А после – распахивает мою дверь и подает мне руку.
- Лиль, - сканирует взглядом, когда мы к крыльцу подходим. – Ты не хочешь ничего мне сказать? – многозначительно брови поднимает.
Нервно тереблю пальцами губу – и делаю только хуже. Ведь папа все мои повадки знает.
Придется признаться, что я беременна, потому что отец и так догадался. Но, как обычно, ждет правды от несмышленой дочери. Воспитывает.
Набираю полные легкие воздуха, приоткрываю рот, но…
- Ма-ама! – доносится визг из дома. - Любимая мамочка! – радостно твердит Софи по-немецки, а у меня сердце разлетается на осколки.
Вот и все.
