Пышная роза выходит из-за кулис, клонит вниз тяжелую голову в короне. За стенами театра жасминовый сад облетает под струями дождя. Сладость, густая сладость во влажном воздухе… Стук капель неотличим от аплодисментов.
Аккорд второй: гвоздика. Под шорох рассыпавшихся древесно-коричневых почек распахиваются махровые лепестки огненно-красного бутона – а-ах! Жужжание пчел, благоухание сада. И пряности, пряности! Острые, яркие, резкие. И снова мед и амброзия, специи и смола. Жарко. Знойно.
Третий аккорд: амбра и мох.
Горечь, влажное дыхание земли. Бесконечно далеко наверху ветер покачивает цветы, но здесь, среди теней и сырости, воздух затхлый и плотный. Вспыхивает облачко раздавленного табачного гриба и медленно оседает на траву.
Илюшин смотрел сквозь панорамное окно, как человек идет по улице. Улыбается знакомым. Шутливо отдает кому-то честь. Взбегает по ступенькам. Открывает дверь и входит в кафе. Подходит к его столу.
– В этот раз обед за твой счет, – предупредил Егор Олейников, садясь.
– Привет! Что теперь решил разузнать?
Илюшин наблюдал, как меняется его лицо. Как сквозь знакомые черты проступает другой образ.
– Девушка, мне кофе принесите, пожалуйста, – попросил Егор сдавленным голосом. – Что? Нет, эспрессо.
Он уставился на Макара. Как ни трудно ему было, он все же взял себя в руки.
– Официантка новая… Я вроде бы всех здесь знаю.
Илюшин молчал.
– Зачем ты меня вызвал, Макар Андреевич? Слушай, давай в темпе, у меня времени в обрез.
– Я хочу рассказать тебе одну историю, Егор…
– Извини, – перебил Олейников.
– Она имеет отношение ко мне?
– Жил-был мальчик, который очень любил свою маму.
– Замечательно, рад за него!.. Давай в другой раз, у меня сегодня дел по горло.
– А потом мальчик вырос и убил шестерых.
Егор откинул большую голову. Он смотрел на Макара с удивлением, держа на губах сочувственную полуулыбку."
"Илюшин взял свою чашку и неторопливо отпил холодный чай. «Могу себе представить, чего стоит ему эта улыбка! Все-таки он очень хорошо держится.
Молодец. Актер из него получился лучше, чем режиссер».
– Так-так-так, – сказал Егор и побарабанил пальцами по столу. – Что еще за новости? Хочешь впарить мне сценарий?.. Это делается по-другому. Но, вообще, от тебя – не ожидал. Совсем не ожидал.
– Мама этого мальчика была известной актрисой, – продолжал Илюшин, будто не слыша. – Потом она умерла, а мальчик сошел с ума. Или нет, не так! – Он внезапно перегнулся через стол к Олейникову.
