Нет, лучшая схватка – это та, которой удалось избежать.
Молча поднявшись по ступенькам, я попыталась зайти в дом, однако Варвара преградила мне дорогу.
В кухонном окне мелькнул силуэт. Ульяна заняла наблюдательный пост.
– Я заберу детей, чтобы они не мешали Виктору Петровичу, – миролюбиво предложила я.
– Будешь нас детьми шантажировать? Чего еще от тебя ожидать! Чуть что, сразу похватала дочь с сыном – и в кусты!
Ох, какой могучий пронзительный голос в этом худосочном теле. Точно фонтан, бьющий из маленького отверстия такой мощной струей, что сшибает с ног.
– Приходишь, уходишь, слова никому не говоря!.. Как хозяйка себя ведешь! Хоть бы разочек обед с нами приготовила, хозяюшка!
Варвара наступает, тесня меня к лестнице.
– Что происходит?
Это встрепанный Илья высунулся из окна на втором этаже.
– Жена твоя опять во всей красе выступает, вот что происходит! Побросала детей на отца и смылась чужих нянькать! Конечно, отец-то ведь ей не родной! О нем можно не заботиться!
И понесла, и понесла…
Если Варю вовремя не остановить, она идет вразнос.
В целом все стандартно: «Мы его приютили, а он нам фигвамы рисует». Я молча выслушала, что их семья приняла меня как родную, детей моих с рождения качали, каждые выходные распахивают для нас двери своего дома, а от меня ни тепла, ни помощи, ни простой человеческой благодарности.
И ведь что поразительно: Варвара вовсе не скандалистка и не грубиянка. Я напоминаю себе об этом каждый раз, боясь сорваться.
Последний раз это случилось, когда она взяла мое кольцо… Мамино кольцо. Я положила его на край раковины, чтобы вымыть руки, а Варвара, напустившись на меня, схватила его в запале, делая вид, что хочет швырнуть в окно.
Она бы этого не сделала. Нет. Варя – не злая… По крайней мере, пока не попадает под материнский пресс, так что из нее брызжет во все стороны кислый алый сок.
Я ведь понимаю, что вынуждает ее так вести себя со мной."
"Но тогда это не спасло.
Видимо, сейчас у меня в глазах явственно мелькнуло воспоминание о том случае. Только воспоминание… Но Варвара отшатнулась. Подбоченилась, выпятила челюсть, словно придавая себе смелости.
– Ну, давай! Опять душить меня будешь? Не боюсь я тебя!
Жилистое горло под моими пальцами. Хрип, выкаченные глаза.
– Боишься, – ровно сказала я.
Развернулась и ушла в сад.
Вместо того чтобы бежать за мной, осыпая оскорблениями, Варвара как-то сникла.
