— Примите мои извинения, если разговор показался вам слишком скучным, — через силу улыбнулся Лукас, понимая, что с этим человеком следует соблюдать осторожность. Одно неверное слово, и сэр Реджинальд вместе с большой группой роялистов, которые еще не определились со своей позицией, переметнется на сторону оппозиции. — Вы не пришли к какому-то решению с нашей последней встречи?
Сэр Реджинальд устроился удобнее и, сделав глоток, заявил:
— Честно говоря, нет. Знаю, вы ожидали другого ответа, но пока ничего не изменилось.
Лукас кивнул.
— Понимаю. Если вы еще не приняли решение, я готов обсудить с вами любой аспект закона.
— Я знаю, Кендалл, и в этом заключается проблема, — нетерпеливо вздохнул сэр Реджинальд.
Лукас нахмурился.
— Что вы имеете в виду?
— В отличие от вас, которого интересуют мельчайшие аспекты этого чертова закона, меня больше интересует другое. — Он сделал неопределенный жест рукой. — Что буду иметь я, если проголосую так, как вы хотите?
Лукас стиснул зубы. Он не был наивным и прекрасно знал, что подобные договоры не редкость при решении политических вопросов, но это не означало, что все его существо не противилось такой постановке вопроса.
— Что ж, надеюсь, вы проголосуете так, как подскажет вам совесть. Если у вас остались какие-то вопросы, я готов ответить на любой.
— Надеждой сыт не будешь — медленно проговорил сэр Реджинальд. — Скажу откровенно, я заинтересован в сделке определенного рода.
— О чем вы, сэр Реджинальд? — неприязненно спросил Лукас, с трудом сохраняя самообладание: ему надо было знать, чего он хочет.
— Вы ведь только что сказали, что не нуждаетесь в деньгах.
— Сказал, и повторю: деньги мне не нужны. — В его темных глазах вспыхнул огонек. — Мне необходимо кое-что другое.
— Что же это?
Рыцарь осклабился.
— Вы еще не поняли? Власть, конечно.
Лукас нахмурился.
— Власть? Но что я могу в этом смысле сделать для вас?
Рыцарь одернул рукава.
— Все знают, что вы на короткой ноге с герцогом Уортингтоном.
Лукас, напомнив себе о необходимости держать себя в руках, стиснул зубы и очень медленно выдохнул, вместо того чтобы сделать то, что больше всего хотелось: уйти, демонстративно хлопнув дверью.
— А вы — с принцем-регентом. И что же?
Сэр Реджинальд рассмеялся.
— У Джорджи нет реальной власти. Он регент, но все знают, что это одно название. Мы гладим его по голове, говорим, что он хороший мальчик, а он устраивает очередной ужин и строит еще один дворец. Нет.
