— Что, действительно всерьез обдумываете, как эта нелепая идея может сработать?
— К примеру, пусть это будет… прием в загородном доме, — предположил Беллингем, обращаясь к Уортингтону и не обращая внимания на замечание Лукаса.
Тот тряхнул головой и прищурился.
— Прием в загородном доме — это хорошо.
— Но это будет не какой-то там прием неизвестно где, конечно, — продолжил Белл. — Его должен устроить один из нас — тех, кто принимает участие в эксперименте.
— Эксперимент? — оживился Клейтон. — Вряд ли мне что-то нравится больше, чем опыты и эксперименты.
Кстати, так уж совпало, что я устраиваю ежегодный прием в своем загородном доме и собираюсь разослать приглашения.
Виконт произнес все это таким будничным тоном, словно между прочим, как будто только что не подлил изрядную порцию масла в огонь, медленно, но верно разгоравшийся.
— Эксперимент? Какой эксперимент? — очнулся Лукас.
Беллингем щелкнул пальцами.
— Прием в загородном доме — то, что надо, Клейтон!
— Нет-нет-нет! Подождите! — Лукас, сидевший между Беллом и Уортом, заерзал на стуле.
Надо как-то срочно протрезветь. Его друзья, похоже, лишились рассудка, даже Белл, обычно самый уравновешенный и хладнокровный. — Никакой прием в загородном доме не сможет изменить мою внешность. Меня все равно узнают.
— И он прав, — заметил Клейтон, глотнув эля.
Слава богу, хоть он сохранил здравый рассудок и не принимает все эти бредни всерьез.
— Нет, если ты пригласишь дебютанток только этого сезона… — проговорил маркиз, и уголки его губ дернулись в слабой улыбке.
— И если создашь правильные обстоятельства…
Лукас глубоко вздохнул и отодвинул кружку.
— Дебютантки меня, возможно, и не знают, зато их мамаши — определенно, ведь у многих есть старшие дочери. Это и есть здравый смысл, которого так не хватает нашему разговору.
— А вот здесь вступают правильные обстоятельства, — наставительно проговорил Беллингем и улыбнулся.
Уортингтон поскреб отросшую за день щетину на подбородке и согласно кивнул:
— Полагаю, ты на правильном пути.
— Имейте в виду: я отказываюсь носить маску, — заявил Лукас. — Средневековье какое-то!
— Никакой маски, — заверил его маркиз и, откинувшись на спинку стула, в раздумье принялся теребить нижнюю губу, как делал всегда — совершенно бессознательно, — если что-то замышлял.
— О костюме тоже не может быть и речи, — продолжил Лукас и отодвинул кружку подальше: если выпить еще хоть глоток, ситуация станет совсем уж безумной.
