Он никогда не был верующим, но теперь мысленно взмолился: «Прошу тебя, Господи, пусть она будет там! Пожалуйста!»
Свернув к нише с правовой литературой, Лукас затаил дыхание. Сначала ему показалось, что там никого нет, но потом, когда глаза привыкли к полумраку, он разглядел на полу маленькую съежившуюся фигурку. Фрэнсис сидела, обхватив колени руками, и раскачивалась.
Ну слава богу! Если она пришла сюда, значит, надеялась, что он ее здесь найдет, то есть ему хотелось так думать.
— Фрэнсис? — Ее имя в его устах прозвучало, словно молитва.
Девушка подняла голову, и надежда на то, что она смягчилась, рассеялась. Даже в полумраке он видел гнев в ее глазах. Она ненавидит его.
У Лукаса вдруг заболело сердце, каждый вздох давался с трудом. Он опустился на корточки рядом с ней и услышал, как клацают ее зубы. Девушку все еще трясло.
— Тебе холодно?
Она молча кивнула.
— Я сейчас.
Лукас быстро подошел к столу и выдвинул нижний ящик. Ее когда-то забытая шаль все еще лежала там.
Он принес ее обратно несколько дней назад, чтобы не забыть отдать. Лукас схватил невесомую вещицу и поспешил обратно к Фрэнсис.
Она судорожно схватила шаль и, плотно завернувшись в нее, проговорила:
— Спасибо. А я думала, что потеряла ее.
— Она напоминала мне о тебе, вот я и не отдавал. Ты меня выслушаешь? — тихо спросил Лукас, опять опустившись рядом с ней на корточки.
— А у меня есть выбор? — Ее голос был монотонным, лишенным каких-либо чувств.
— Конечно, есть! Выбор есть всегда.
Фрэнсис стиснула зубы.
— Тогда — нет: я не хочу тебя слушать, — а вот спросить кое о чем хочу.
Лукас на мгновение закрыл глаза.
— Спрашивай.
— Зачем ты устроил это представление?
— Представление? Нет! Я действительно хочу, чтобы ты вышла за меня.
— Как ты можешь этого хотеть, если я выступаю против того, что ты защищаешь?
— Если ты о законопроекте, я передумал.
Фрэнсис плотнее укуталась в шаль.
— Скажи, ты решил жениться на мне из чувства вины?
— Вовсе нет, — совершенно искренне сказал Лукас.
— А я уверена, что да. — Ее голос звучал так безжизненно, что у Лукаса сердце кровью обливалось. — Ты знаешь, что я выхожу замуж за сэра Реджинальда из-за денег, и пытаешься спасти меня, потому что чувствуешь себя виноватым.
— Ты ошибаешься…
— Я не могу понять одного: что заставило тебя думать, что я приму твое предложение?
Глаза Фрэнсис казались осколками темного стекла, когда она резко повернулась к нему.
