— Ты знала, что в этих краях видели медведей? — спросил он.
— Медведей? — встревоженно переспросила она.
Он не смеялся над ней, просто улыбнулся. У него была приятная улыбка, чего она раньше не замечала. Или, может быть, замечала, просто она не обращала большого внимания. В конце концов, он так редко улыбался в магазине, что спустя какое-то время можно было легко забыть, как выглядит его улыбка. Как будто он боялся выдать то, чего не хотел показывать ей, если улыбнётся. Но теперь он действительно хотел ей кое-что показать.
Кое-что «красивое».
Зазвонил её телефон, снова заставив её вздрогнуть.
Она посмотрела на дисплей, отклонила вызов и положила телефон обратно в сумку.
— Не стесняйся ответить, если хочешь, — сказал он.
— Я не отвечаю, если не знаю, кто звонит, — сказала Тхань. Это была ложь: она узнала номер полицейского Сон Мина. Но, конечно, она не могла сказать об этом из-за риска, что Джонатан снова разозлится.
Он включил поворотник и снизил скорость.
Тхань не видела никакого поворота, но внезапно он показался. Её сердце забилось быстрее, когда колёса заскрипели по узкой, посыпанной гравием дороге. Фары были единственным источником света среди стен чёрного леса.
— Где... — начала она, но остановилась, опасаясь, что он услышит дрожь в её голосе.
— Не бойся, Тхань. Я просто хочу сделать тебя счастливой.
Её разоблачили. Просто сделать тебя счастливой? Она больше не была уверена, что ей нравится, когда он говорит ей подобные странные вещи.
Он остановил машину, выключил двигатель и фары, и внезапно они оказались в полной темноте.
— Хорошо, — сказал он. — Здесь мы выходим.
Она глубоко вздохнула. Должно быть, в его голосе было такое гипнотизирующее спокойствие, потому что теперь она уже не была напугана, просто взволнована. «Показать ей одной. Что-то прекрасное». Она не знала почему, но ей вдруг пришло в голову, что на самом деле это не так уж странно. И это было то, чего она ждала, да, на что надеялась.
Что сильное беспокойство, которое она испытывала весь день, должно быть, похоже на то, что чувствует невеста в день своей свадьбы. Она вышла со своей стороны машины и вдохнула свежий вечерний воздух и запах ели. Затем паника вернулась. Поскольку он настоял на том, чтобы она не рассказывала о встрече ни единой живой душе, она — будучи полной идиоткой — так и сделала. Абсолютно никто не знал, что она была тут. Она сглотнула.
