Он сказал им, что у него болят живот и голова, но врач дал ему только какое-то лёгкое обезболивающее, а когда оно не подействовали и никто не пришёл на помощь, он бил своей головой о стену, пока не потерял сознание. Вот как больно ему было.
— Мы этого не знаем, — сказал Харри.
— Знаем, — сказал Бекстрём, и его глаза теперь были мокрыми от слёз, — мы знаем, потому что мы видели подобные вещи раньше. В то время такие, как он, — он указал дрожащим пальцем на Рё, который сидел, опустив подбородок на грудь, — плевать хотели на всех и на всё.
Такие, как он, просто хотят быть богатыми, и попутно они топчут и эксплуатируют всех, кто слабее их, всех тех, кто не родился с серебряной ложкой во рту. Но когда солнце превратится во тьму, великую и ужасную, настанет день…
— Судный день, Судный Ден?
Бекстрём сердито посмотрел на Харри. Казалось, он прилагал огромные усилия, чтобы держать голову прямо.
— Извини, — сказал Харри, положив руку ему на плечо. — Давай ты расскажешь это в другой раз. Прямо сейчас, я думаю, тебе нужно позвонить своей жене, Бекстрём.
Ден Бекстрём открыл рот, чтобы что-то сказать, но снова закрыл его. Кивнул, достал свой телефон, поднялся на ноги и ушёл."
"— Ты отлично справился с этим, Харри, — сказал явно пьяный Рё, едва не промахнувшись мимо стола, когда хотел поставить на него свои локти. — Могу я угостить тебя выпивкой?
— Нет, спасибо.
— Нет? Теперь, когда ты раскрыл это дело и всё остальное? Или почти всё остальное... — Рё жестом попросил официанта принести ещё выпивки, но тот проигнорировал его.
— Что ты подразумеваешь под «почти»?
— Что я имею в виду? — сказал Рё. — Ну, это ты мне скажи.
— Выкладывай.
— Или что? — кончик языка Рё высунулся наружу, он улыбнулся, и его голос превратился в хриплый шёпот. — Или снова начнёшь меня душить?
— Нет, — сказал Харри.
— Нет?
— Я могу душить, если ты мне прикажешь.
Рё рассмеялся.
— Наконец-то появился человек, который понимает меня. Просто теперь, когда дело раскрыто, я должен сделать небольшое признание. Я солгал, когда сказал, что мы с Сюсанной занимались сексом в тот день, когда она была убита.
Я вообще с ней не встречался.
— Нет?
— Нет. Я сказал это только для того, чтобы дать полиции правдоподобное объяснение, почему моя слюна была обнаружена на её теле. Это было то, что они хотели услышать, и это также должно было избавить меня от многих неприятностей. Можно сказать, пошёл по пути наименьшего сопротивления.
— Хм.
— Мы можем оставить это между нами?
— Почему? Дело раскрыто.
