— Нет, — сказал мужчина, назвавшийся Примом. Он вёл машину между новыми, современными коммерческими зданиями, разбросанными на ровном, открытом ландшафте по обе стороны дороги, направляясь к оконечности Снаройи45. — Я живу в центре города, но после закрытия аэропорта я выгуливал здесь свою собаку по вечерам. Тогда здесь никого не было, и я мог позволить своей собаке побегать на свободе. Вон там, — он указал на запад в сторону моря и съел из пачки ещё немного чипсов или чего-то в это роде. Во всяком случае, ей он ничего не предложил.
— Но это же заповедник на болотах, — сказала Хелена. — Ты не боялся, что собака нападёт на гнездящихся там птиц?
— Конечно, и это случалось пару раз. Я утешал себя, говоря, что это естественный порядок вещей и что мы не можем этому противостоять. Но, естественно, это неправда.
— Неправда?
— Нет. Человечество тоже является продуктом природы, и мы не единственный организм, делающий всё возможное, чтобы уничтожить планету такой, какой мы её знаем. Но точно так же, как мать-природа наделила нас разумом для совершения коллективного самоубийства, она одарила нас способностью к саморефлексии.
Возможно, это сможет спасти нас. Я надеюсь, что это так. В любом случае, я подчинился законам природы и начал ими пользоваться.
Он указал на поручень над дверью с её стороны, и Хелена заметила собачий поводок-рулетку с болтающейся на конце застёжкой для ошейника.
— Он был хорошим псом, — сказал он. — Я мог сидеть в машине и читать с включёнными фарами и открытым окном, в то время как он свободно пробегал по пятьдесят метров в каждом направлении.
Собакам — и людям — большего и не нужно. Многие люди и не хотят большего.
Хелена покачала головой.
— Всё равно, когда-нибудь они, возможно, захотят большего и проявят желание сбежать. Что тогда делать владельцу собаки?
— Понятия не имею. Моя собака никогда не хотела большего, — он свернул с главной дороги на лесную тропинку. — А что бы ты сделала на моём месте?
— Отпустила бы её на свободу, — сказала Хелена.
— Даже если бы ты знала, что она не выживет там в одиночку?
— Мы все когда-то умрём.
— Верно, — сказал он.
Он сбавил скорость. Дорога закончилась. Он выключил двигатель и фары, и вокруг них воцарилась кромешная тьма. Она слышала, как ветер шелестит в тростниках, а между деревьями они могли видеть море и огни островов и мыса вдалеке.
— Где мы находимся?
— Рядом с болотами, — сказал он. — Вон на том берегу мыс Хёвикодден, а те два острова называются Борейя и Остейя.
