Он заметил, что сидит на стуле, и на его брюках от костюма была рвота. Кто-то что-то сказал. И теперь голос говорил что-то ещё.
— Харри?
Он поднял голову. Комната кружилась, и лица вокруг него были размыты. Но он всё равно узнал их. Знал их много лет. Надёжные лица. Группа Эуне.
— Быть трезвым на этих собраниях не обязательно, — сказал голос, — но лучше говорить чётко. Ты в состоянии это сделать, Харри?"
"Харри сглотнул. Ему вспомнились последние несколько часов. Ему хотелось пить и пить до тех пор, пока не останется ничего — ни спиртного, ни боли, ни самого Харри Холе.
Никаких голосов в его голове, взывающих о помощи, которую он не смог бы оказать. Эти часы тикают всё громче и громче. Разве он не мог утопить их в алкоголе и оставить всё как есть, позволить времени уйти? Подводить людей, терпеть неудачу. Это было всё, что он умел делать. Так зачем же он достал свой телефон, позвонил по этому номеру и приехал сюда?
Нет, это была не группа Эуне, сидевшая на стульях в кругу, частью которого был и он сам.
— Привет, — сказал он таким скрипучим голосом, что он был похож на звук сходящего с рельсов поезда. — Меня зовут Харри, и я алкоголик.
ГЛАВА 23
Пятница
Жёлтое бревно
— Выдалась тяжёлая ночь? — спросила женщина, придерживая дверь для Харри.
Хелена Рё оказалась меньше ростом, чем он ожидал. Она была одета в обтягивающие джинсы и чёрную водолазку. Её светлые волосы были собраны в хвостик обычной лентой для волос. Он пришёл к выводу, что она такая же хорошенькая, как на фотографиях.
— Неужели это так очевидно? — сказал он, заходя внутрь.
— Солнцезащитные очки в десять утра? — ответила она, проводя его в помещение, которое, как он уже понял, было огромной квартирой. — И этот костюм слишком хорош, чтобы так выглядеть, — бросила она через плечо.
— Спасибо, — ответил Харри.
Она рассмеялась и провела его в большую комнату, где расположились гостиная и зона для готовки с кухонным островом.
Дневной свет лился со всех сторон. Бетон, дерево, стекло — он предположил, что интерьер был сделан из материалов самого высокого качества.
— Кофе?
— Да, пожалуйста.
— Я подумывала спросить, какой именно кофе, но ты похож на человека, который выпьет любой.
— Да, любой, — сказал Харри, криво улыбнувшись.
Она нажала кнопку на блестящей металлической эспрессо-машине, которая начала перемалывать зёрна, пока она ополаскивала держатель фильтра под краном. Харри скользнул взглядом по вещам, прикреплённым магнитами к двойной двери холодильника. Календарик.
