Но поступим мы так или нет? И сколько наших коллег не подчиняются в таких случаях закону?
– Вопрос щекотливый, – продолжил Рудольф. – Комбинация лекарств, которая обнаружилась в маминой крови, привела ее к смерти. Кто-то подсыпал смесь ей в еду? Иначе каким образом она отравой «угостилась»? Если принимаем данную версию, то убийца находится в ближайшем окружении. Да, можно, конечно, подумать про походы в ресторан с разными людьми. Ключевое слово тут – «разными». У маман не было одной какой-то закадычной приятельницы и любимой харчевни.
Она принимала спонтанное решение о посещении того или иного кафе. Едет по городу и велит водителю: «Тормозни, мне вон тот ресторанчик понравился». И вспомним резко отрицательное отношение маман к медицине и любовь к шаманам, знахарям, разным гуру и предсказателям. Вместо того чтобы спешить к терапевту, а потом с его рецептом в аптеку, мама мчалась к бабке, которая торгует сушеными мышами!
Мужчина тряхнул головой.
– Чем она только не увлекалась! Нельзя исключить, что какая-то ведьма ей смесь лекарств составила, маман ее сама и приняла.
Но, не знаю почему, я уверен, что она понятия не имела, что ее убивают!
Рудольф опустил голову.
– Отношения с маман у нас были сложные. В детстве я ее боялся так, что даже заикаться начал. Почему? Уже говорил, настроение у нее менялось, как погода на каком-нибудь острове в море. Подул южный ветер – жители радуются, что тепло и сухо. Раз! – и северный налетел, холодно! Не успели в куртку влезть – здрассти! Восточный разбушевался, прогнал он северный ветерок, зато прибил к острову тучу, теперь дождь льет! И все это за один день.
Вот и маман такая была, от улыбки до припадка адского гнева разгон меньше минуты. Вышел я завтракать, она мне улыбается. Взял я чашку – получил подзатыльник, напиток выплеснулся на стол. Крик: «В кого только дураком уродился! Разлил какао! Вон отсюда!» Так она меня сама по голове ударила, у меня рука дрогнула, поэтому и скатерть испачкалась! По какой причине моей черепушке досталось? Нет ответа.
Я вежливо поздоровался, сел… и получил. Лет до десяти при виде маман меня трясти начинало. Потом понял, как следует общаться с ней, выработал тактику.
Рудольф тихо кашлянул.
– Простите, я совершенно здоров, это на нервной почве… Мама не только ко мне так относилась, но и к остальным членам семьи тоже. С посторонними она тоже не особо церемонилась, но хоть в каких-то рамках себя держала. А с родными был просто беспредел. И мать была далека от меня.
