Как-то Мо Жань случайно подслушал, как дворцовые служанки шептались об этом. Девушки думали, что он создает шашки, когда очень злится и очень хочет убить кого-нибудь, а потом оживить и сделать из него марионетку.
— Я все время боюсь, что государь в любой момент может бросить в меня эту штуку.
— По правде говоря, было бы приятнее наблюдать, как он забавляется с чьим-нибудь черепом.
— Думаете вам одним страшно? Вот я из личной прислуги его величества, и только небесам известно, сколько раз из-за этого у меня от страха подгибались ноги.
Но ведь когда император делает эти шашки, он тратит огромное количество своих духовных сил, так что не могу поверить, что это все только ради забавы. Несомненно у него есть какая-то цель, или он в самом деле просто хочет как-то излить свою злобу… Вот только, если он решит использовать для этого мое тело, что я смогу сделать?..
Хотя тогда Мо Жань промолчал, однако, в глубине души он посчитал этот разговор довольно забавным.
Он не понимал, с чего вдруг эти болтливые дворцовые слуги решили, что могут понять, что у него на сердце.
"
"На самом деле, он делал эти шашки Чжэньлун, не вкладывая в это действие какого-либо смысла. Это было просто небольшим личным пристрастием Наступающего на бессмертных Императора, только и всего, но после того, как он узнал о слухах, что ходили при его дворе, иногда, исключительно ради забавы, он вдруг притворялся, что прямо сейчас бросит созданный им черный камень в кого-то из слуг.
Напуганные люди тут же падали к его ногам и начинали молить о пощаде. С каменным лицом глядя на то, как у них дрожат ноги и выступает холодный пот, в душе он смеялся над ними, считая, что это все очень весело.
На самом деле, в последние два года его прошлой жизни только это развлечение хотя бы немного радовало его.
Он уже очень давно не делал камней для Вэйци Чжэньлун.
Казалось, что с момента возрождения Мо Жань подсознательно стремился отделить нового себя от того, кем он был раньше, поэтому больше никогда не применял это заклинание.
В мгновение ока пролетели эти семь с лишним лет, и он искренне поверил, что забыл эту тайную формулу.
Но оказалось, что ему так и не удалось убежать от себя…
Семя греха было посеяно в его душе.
Мо Жань уставился на эту черную штуку, лежащую в его дрожащей ладони…
И от захлестнувшего его отчаяния совсем потерял надежду…
Внезапно он осознал, что и сам не может понять, кто он такой.
