В последние несколько дней я собирал духовные камни для духовной практики в окрестностях горы Тай, и услышал, что Академия Синлинь объявила о новых открытых чтениях. Так как я все равно слоняюсь без дела, решил прийти и послушать.
Наньгун Сы кивнул, а затем, взглянув на темнеющее небо, предложил:
— Думается мне, брат Мо еще не ужинал. Раз уж ученик мастера Чу ступил на земли ордена Жуфэн, естественно, я хочу быть гостеприимным хозяином. Так уж вышло, что мой спутник ждет меня в ближайшем трактире. Как насчет того, чтобы вместе пропустить по чарке?
Поразмыслив, Мо Жань решил, что нет ничего зазорного, если он примет это приглашение, и вежливо сказал:
— Было бы невежливо отказаться[121.
10].
— «Башня Уюй[121.11]» — самый известный трактир в Линьи, никто не делает девять оборотов гузенки[121.12] лучше, чем они. Вы слышали о нем? — спросил Наньгун Сы, идя с ним в ногу.
— Как я мог о нем не слышать? — с улыбкой сказал Мо Жань. — Одно из лучших заведений в Верхнем Царстве! Молодой господин Наньгун Сы, а у вас есть вкус.
— Это не у меня.
— О, вот как?
— Его выбрал мой спутник.
Как человек, проживший не одну жизнь, Мо Жань знал о сложных отношениях в ордене Жуфэн, и хотя он и не произнес это вслух, но про себя с удивлением подумал: «Е Ванси тоже здесь?»
Тем не менее он последовал за Наньгун Сы в трактир, но стоило ему поднять жемчужный занавес на входе и увидеть человека внутри, как он забыл, как дышать...
Одетая в простое белое платье Сун Цютун сидела у окна, любуясь на пышное цветение персика.
Услышав шум, она повернула голову, и инкрустированные нефритом золотые подвески на ее висках зазвенели, отбрасывая мерцающие блики на белую как молоко кожу и неописуемо прекрасные алые губы.
Мо Жань, который было занес ногу, чтобы войти, неосознанно отшатнулся.
В голове была одна мысль: может еще не поздно сказать Наньгун Сы, что ему не нравится шаньдунская кухня в целом и особенно девять оборотов гузенки?
Глава 122. Отражение[122.1] Учителя
— Проходите, брат[122.2] Мо, позвольте мне познакомить вас.
Это младшая ученица из моей духовной школы, ее зовут Сун Цютун.
В конце концов, Мо Жань, скрепя сердце, все же позволил Наньгун Сы усадить его за стол и представить своей спутнице. Впрочем, Наньгун мог больше ничего и не говорить, ведь он слишком хорошо знал эту женщину, вплоть до того, где у нее находятся родинки на спине и ноге.
Стараясь держать лицо, он сдержанно кивнул:
— Дева Сун.
— Это ученик образцового наставника Чу, Мо Вэйюй с Пика Сышэн.
