Хранитель отошёл на несколько шагов, ударил в одну из рун плетением. Ледяное копьё ударило в знак. Руна замерцала, впитала силу и взорвалась. Один из прутов решетки раскрошился в яркой вспышке.
На обезвреживание всех знаков ушло несколько минут. И когда последняя охранная руна погасла, решетка стала пеплом, а корни расплелись, впуская нас в чертог.
Под ногами хрустели осколки рухнувшей с потолка люстры. Ее остов словно скелет огромной птицы лежал на мозаичном полу. В центре зала стоял трон, на котором и восседал Чума.
И при виде хранителя, я невольно испытал чувство отвращения.
Левая половина его лица была похожа на человеческую. Правая же половина была отвратительной. Почерневшая кожа местами лопнула, обнажив влажные красные мышцы. Он был облачен в домотканую рубаху, поверх которой ржавой паутиной лежала длинная кольчуга. Костлявые пальцы были увенчаны тусклыми кольцами.
Чума глубоко вздохнул, словно просыпаясь. Его веки дрогнули, а затем медленно поднялись.
Багровые глаза уставились на нас с холодным безразличием безумца.
— Неужели ты наконец прибыл, братец? — усмехнулся наконец мужчина, остановив свой взгляд на рыцаря.
— Кровь моих братьев, которую ты пролил, требует отмщения, — пророкотал в ответ тот. — Пришла пора ответить за свои поступки. Справедливость должна восторжествовать.
Чума подался вперед, и его пальцы впились в подлокотники.
— Справедливость? — переспросил он. — Правосудие? Неужели ты предлагаешь мне бросить оружие и сдаться на твою милость.
Ты так ничему и не научился. Поэтому Свет и покинул тебя, оставив в душе только злость, безжалостность и жажду мести. Ты извратил все, на страже чего ты стоял. Как и твой орден. Когда-то они были героями. Теми, кто стоял на страже справедливости. А теперь Культ воплотил в себе все, против чего сражался. Тьма затмила твой разум. И смутила твоих бойцов.
— Цени каждый вздох, гнусное чудовище, — Рыцарь указал остриём меча в сторону сидящего на троне Чумы.
— Он может стать последним.
— Ты абсолютно прав, Хранитель, — согласился Чума, скривив свое жуткое лицо. — Я чудовище. Но я стал таким для того, чтобы защитить свой народ.
Он встал с трона, и в его руке словно из воздуха появился огромный топор:
— Ты привел друзей, — произнес он, указав на нас лезвием топора. — Но я предлагаю решить вопрос в честном поединке. Один на один.
