Поэтому…
Он вздохнул, почесал внезапно выглянувшее из волос кошачье ухо и продолжил:
— Чума в болотном доме к западу отсюда. Вы его не спутаете. Это настоящие чертоги.
— Вот так намного лучше.
Хранитель коротко поклонился в знак благодарности и направился прочь. Виктор рванул за ним. Я собирался последовать его примеру, но Баюн меня остановил:
— Вам уготована великая судьба, мастер.
Я застыл. Обернулся и снова крепко стиснул ткань в кулаке. И вкрадчиво начал:
— Какая?
Но Баюн только загадочно улыбнулся:
— Вы серьезно думаете, что в объект, в который вложена часть моих сил, на меня подействует?"
"Он махнул рукой, которая в неверном свете на миг показалась мне звериной лапой:
— Я помог вам только потому, что об этом просил Папа.
Он многое мне обещал, так что пришлось согласиться и подыграть вам. Даже не потребовав подношения.
Только сейчас я заметил капли красного, оросившего высокую зелёную траву.
— А теперь, вам пора. Иначе вы заблудитесь. Лихолесье не любит чужаков.
Он поднялся с травы и скрылся за деревом.
Я услышал треск коры, в которую впиваются когти. А затем раздался шелест ветвей. И мне показалось, что в кроне дуба мелькнул большой кошачий силуэт.
Глава 13 Поединок
— Мастер?
Я обернулся. На тропинке показался Виктор. Он встревоженно всматривался в мое лицо.
— Нам пора. Не стоит отставать от рыцаря.
Я кивнул, отгоняя морок:
— Идём. Иначе мы потеряемся в этом лесу.
***
Хранителя удалось обнаружить, ориентируясь по следам от тяжёлых ботинок. Дорога вилась среди высоких ветел.
Болотные птицы вскрикивали жуткими голосами, и кто-то сверкал из густых теней желтыми глазами. Однажды чья-то костлявая лапа из бурьяна на обочине ухватила меня за штанину. Но Виктор полоснул по ней коротким клинком. Тварь завизжала и скрылась в траве.
— Спасибо…
— Смотри в оба, — оборвал меня друг и толкнул вперед. — Не сбивайся с шага, князь.
Мы успели нагнать рыцаря, когда тот подошёл к чертогу, высившемуся среди болота.
Строение и впрямь оказалось величественным.
Замок из песчаника обточило время, ветер и дожди. Высокие узкие окна затянуло грязью и паутиной. Но фигуры гаргулий на парапетах взирали на нас с немым презрением.
Врата были опутаны толстыми корнями деревьев. Они образовывали труднопроходимую преграду. По периметру врат тускло светились витиеватые письмена на незнакомом мне языке. Хранитель взмахнул мечом. Клинок опустился на первую руну. Посыпались искры, и знак погас.
Остальные руны ярко вспыхнули.
