Проситель прошел через комнату и притронулся у полурасплавленной свечи. И та ярко вспыхнула.
— Ты не лжешь, — после недолгой паузы произнес он. — И я могу тебе помочь. В обмен на твое служение правому делу.
Путник не раздумывая кивнул:
— Я согласен, — зло процедил он.
От свечи по рукаву куртки потянулись языки пламени. Но они не обжигали. Наоборот, где-то в глубине души появилось чувство, что все сделано… правильно. Какая-то странная эйфория подхватила его, словно бы оторвав от пола. Охваченный огнем, он запрокинул голову и раскинул руки, блаженно зажмурив глаза.
А когда открыл их, в зрачках уже мерцали язычки багрового пламени…
Глава 8 Возвращение домой
Лодка причалила к деревянному пирсу, и я спрыгнул на скрипучие рассохшиеся доски.
— Спасибо, — обернувшись, поблагодарил я паромщика. Тот только махнул рукой, словно потерял ко мне весь интерес. Лодка отчалила и скрылась в густом, белом тумане, почти не оставляя плеска.
— Ну? Как прошел визит к Хранителю Мудрости, князь? — поинтересовался подошедший Виктор.
— Судя по тому, что ты жив, он не агрессивен.
— Сносно, — ответил я и откинул ото лба прядь волос.
Виктор достал из кармана монету Правды. Подбросил ее и ловко поймал. Я взглянул на объект в его руке. Но в этот раз, без особого любопытства.
— И что сказал Хранитель? — продолжил беседу дружинник.
— Сказал, что нам нужно убить трех его братьев, — ответил я.
Феникс удивленно поднял брови и уточнил:
— Всего трех?
— Они на порядок сильнее тех, с кем нам пришлось сталкиваться, — возразил и нехотя добавил.
— Даже мощнее Рипера и Вихо.
Иванушка, который до этого момента молча прислушивался к разговору, склонил голову и поинтересовался:
— Насколько все серьезно?
Я вздохнул и вкратце пересказал то, о чем мне поведал Хранитель. Умолчав про лабораторию и прочие вещи, которые видел в башне. Ни к чему об этом знать моим подчиненным. Есть вещи, о которых лучше размышлять в одиночестве.
Виктор задумчиво подбросил монету. Кругляш завертелся в воздухе, и Феникс подхватил его на лету, зажал в кулаке.
— Что загадал? — поинтересовался я с болезненным напряжением.
— Сдюжим ли мы с такими противниками, — честно ответил дружинник.
Он медленно разжал кулак, явив миру монету.
Иванушка пораженно присвистнул. Да и Виктор смотрел на своего помощника немного удивленно. И я прекрасно понимал его реакцию
— И часто такое выпадает? — я указал на монету, которая стояла ребром на ладони дружинника.
— Первый раз, — растерянно ответил тот.
