— Собрались куда-то, князь? — поинтересовался Иван, кивнув на машину, которая выезжала из гаража.
— По делам, — не вдаваясь в подробности, ответил я, и тут же поспешно добавил:
— Я поеду один.
— Но… — начал было дружинник, но я его перебил:
— Отдыхайте.
Застегнул пальто, спустился по ступеням и сел на водительское сиденье. Вбил адрес и включил автопилот. И машина выехала из ворот.
***
Виктория Муромцева была в гостиной своего особняка. Она сидела в удобном кресле, которое хранило аромат чьих-то чужих духов.
В комнате царил полумрак, но девушка не хотела включать свет. Она устало потерла пальцами виски и подумала, что выкрутиться из сложившейся ситуации будет нелегко. Перед ней на столе стояла почти пустая бутылка коньяка. Но алкоголь сегодня не действовал на нее.
Дом звенел тишиной. Гости, которых наконец отпустила охранка, разъехались по домам. Этот прием явно не пришелся им по душе. А все из-за князя, которого прикончили на пороге ее дома.
Девушка взяла со стола бутылку и сделала большой глоток из горлышка.
Из-за этой смерти, Муромцева оказалась в очень шаткой позиции.
Теперь она сильно жалела, что решила устроить этот прием, желая наладить новые связи среди аристократии. Сейчас же ее положение было очень шатким. Если убийцу не найдут — она вполне может оказаться крайней. Бастард без связей. Кто решит вступиться за нее перед семьёй Милорадовичей?"
"Потому что княгиня она “заводная”. А без нужных связей титул очень легко потерять. Если охранка не найдет убийцу — она может оказаться крайней.
И тогда в лучшем случае ее ждет гражданская казнь. И то только благодаря заслугам папеньки.
Судью и следствие подкупить не получится. Никто открыто не пойдет против генерал-губернатора, и двоюродного брата Императора.
Виктория достала телефон и активировала поисковик. Вбила адрес сайта по поиску авиабилетов, выбирая рейс как можно дальше от столицы. И уже хотела было нажать на кнопку ""купить"", как дверь тихо открылась, и Виктория мгновенно среагировала.
Вскочила, на ходу активируя плетение. В руке заискрила плеть молний, а на второй ладони загорелась ловушка.
— Тихо, княгиня, — послышался негромкий голос. И Виктория его знала. — Я пришел с миром.
Плеть исчезла. Растворилась и ловушка. И Муромцева устало плюхнулась обратно в кресло.
— Проходи, — произнесла она, убирая телефон. А в душе почему-то забрезжила слабая надежда, что может быть и получится выкрутиться из этой ситуации.
