Старшей дочери мама нужно только когда нужно потрепать нервы с выбором нового платья, цветочков для свадьбы или когда нужно обойти острые углы в общении с папой. Но целью будет сама Варенька, папино солнышко.
Только ее интересы во главе. Наверное, это правильно… Когда еще быть безобразно влюбленной и эгоистичной? Если не в ее-то годы, перед самым важным событием в своей жизни…
И все, чего я хочу, это просто позвонить ей и от всей души пожелать, попросить, чтобы не ошиблась, подумала хорошенько, за кого выходит замуж.
И, чтобы ни в коем случае, не отдавала ему всю себя целиком…
Но если я так сделаю, то мигом превращусь в мамочку, у которой крыша подтекает от гормонального срыва. Стану врединой злобной, которая не может порадоваться, что парочка побзыковала и помирилась, судя по последнему посту дочери в сети.
Фото рук, переплетенных на фоне мятых простыней.
Хорошо, что я вчера к ним не поехала.
Теперь вот сижу в номере недорогой гостиницы, а за стеной стонет и отрабатывает свой гонорар девушка.
Уже третий раз за сегодня…
Ее звуки при сексе каждый раз одни и те же, она охает, ахает, разгоняясь, и потом стонет утробно, на пике выдавая череду громких «Да-да-да! Еще!»
Но мужские звуки каждый раз — другие.
Из чего я делаю вывод, что мне «повезло» иметь в соседях за стеной проститутку.
Нужно снять квартиру, а не сидеть в этом гадюшнике, но я вчера толком не думала ни о чем.
Сегодня пытаюсь…
Есть же еще и младшая дочь.
Но тоже довольно взрослая.
И я же не бросаю ее на произвол судьбы, голодной, холодной, растерянной.
Не оставляю без поддержки: есть бабушка с дедушкой, горячо любимые ею, есть любящий отец.
Пусть побудет для нее отцом больше и старательнее, чем был мне мужем.
Может быть, это моя маленькая месть.
Эгоистичная, глупая и типично бабская месть — сбросить на плечи мужа необходимость заботиться обо всех и сразу.
Пусть сам разруливает с дочерьми, их запросами, своим бизнесом и родителями.
Пусть найдет в этом хаосе время и место, чтобы потрахаться с мечтой всей своей жизни.
Ведь не зря Ева так заявила… Не зря…
***
Поглаживаю пальцами рисунок на покрывале.
Прошли почти сутки с момента моего отъезда.
Единственная, с кем я говорила за это время, была сестра.
Ева.
Вернее, я с ней не говорила даже, но она сама вывалила мне скриншот переписки с Владом.
Последний ее кусочек.
Вчерашний.
Там, где текст — ее многословное красноречие и его ленивое, царское:
«Продолжай»
Разбились последние иллюзии, так сказать.
