Мужчина поднимается со своего места и не спеша обходит рабочий стол. Воскресенский останавливается в опасной близости от меня, и я улавливаю аромат его одеколона, который когда-то сводил меня с ума.
— Здравствуй, Агния, — его тон мне совсем не нравится.
— Даниил, я тороплюсь, поэтому передай мне, пожалуйста, необходимые бумаги, и я пойду, — уверенно произношу я.
Он не шевелится, стоит словно вкопанный. Мужчина пристально сканирует мое лицо, пытаясь что-то найти в глазах. Страшная догадка пробегает в голове, и я мысленно молюсь, чтобы интуиция в этот раз меня подвела.
— У тебя есть дочь? — его вопрос оглушает.
Я чувствую, как горячая тягучая жидкость бежит по венам, а в висках начинает пульсировать с неимоверной скоростью. Переизбыток нахлынувших эмоций мешает рассуждать здраво, но я пытаюсь ""держать лицо"", не поддаваясь эмоциям. Даниил ждёт ответа, а мне кажется, что он уже и вовсе не требуется.
Я замечаю, как дыхание моего бывшего супруга становится сбивчивым. Мне хочется уйти, убежать, забрать Киру и спрятаться в нашей небольшой квартирке в Лондоне, лишь бы не видеть испепеляющий взгляд Воскресенского.
Внезапно мне становится страшно из-за того, что я сделала тогда, что не рассказала ему о дочери. Это чувство медленно разливается по телу, оставляя за собой ледяной ужас.
— Понимаешь, какое дело, Агги, — его темные глаза становятся почти черными. — Я совершенно случайно узнал, что у тебя есть дочь.
Тон Воскресенского мгновенно становится спокойным.
Мужчина умеет взять себя в руки и собраться, когда это необходимо. Даже в самой стрессовой ситуации. Даниил далеко не дурак, и он понимает, если станет на меня давить, то ничем хорошим для нас обоих это не закончится.
— Есть, — уверенно отвечаю я, чувствуя, как сердце уходит в пятки.
— И, удивительно, что девочке четыре года, не находишь? — Воскресенский выгибает бровь.
— Что в этом удивительного? — пытаюсь сохранять спокойствие, которое дается мне с большим трудом.
— Ответь-ка мне на такой вопрос…
— Она не твоя, — отрезаю я, после чего хватаю со стола необходимые документы, но крепкая рука сцепляет мое запястье.
— Вопрос следующий, — он делает многозначительную паузу. — Когда ты собиралась познакомить меня с моим ребенком?
Мужчина испепеляет меня взглядом, который я с трудом выдерживаю. Очевидно, что он не верит мне и сделает все возможное, чтобы убедиться в моем вранье. На мгновение я теряю дар речи, поэтому отвечаю не сразу.
