Бывший друг падает на асфальт.
— Колюня, ты совсем рехнулся, — хрипит, сплевывая кровь и пытаясь подняться. — Неужель из-за Маньки-тряпки озверел? — в глазах появляется безумие.
— Не смей так ее называть! — стоп кран окончательно срывает. Коля жаждет крови, раздавить, прибить, уничтожить, особенно после того, как он Манюню, тем мерзким, ненавистным прозвищем называет.
Снова лицо Глеба встречается с его кулаком.
— Мужчина, что вы творите! Отпустите Глебушку! — орет женщина. — Пупсичек мой, как же так… снова Маняша! Сколько она нам кровь будет пить! Еще и психа подослала! — продолжает причитать.
Пытается встать между Николаем и Глебом.
— Рот закрыла! — Коля рычит на нее.
Невероятна раздражительная особь. И что только Глеб в ней нашел? Она же в подметки Манюне не годится.
Он продолжает методично избивать бывшего друга. Ярость смешивается с каким-то черным удовольствием. Как долго Николай мечтал о его крови. Дорвался.
— Коль, успокойся! Что ты творишь, дружище! — сзади раздается голос друга.
Он так увлечен избиением гниды, что даже не заметил, как появился Артем.
— Я его прибью! — скалится.
И это не угроза, а вполне реальное желание, которое в данные момент затмевает все доводы логики.
Артему удается оттащить Николая. Он тяжело дышит. Пробует успокоиться. Но тут прилетает то, что действует, словно мощнейший удар кувалдой по голове.
— Так ты сам об тряпку ноги вытер и свалил. А я подобрал, обогрел пузатую! — сплевывая кровь, вопит Глебка.
— Чего? Что ты сказал? — демоническая чернота застилает глаза, Коля сатанеет, вырывается из рук друга, подлетает к предателю.
— Повтори? Она была беременна?! Врешь, гаденыш!
Манюня была беременна? От него? Или от Глеба? Она изменяла и носила под сердцем его ребенка? Или выбрала Глеба, потому, что согрешила с ним и не могла посмотреть Николаю в глаза?
Все эти вопросы вихрем проносятся в голове. Ему нужны ответы! Сейчас! Немедленно! И он хочет вытрясти их из гниды!
— Была да сплыла, — ухмыляется предатель. Он словесно нанес куда более болезненный удар, чем Николай своими кулаками, и сейчас Глебка наслаждается плодами своих мерзостей.
— Я полицию вызвала! Сейчас ты за все ответишь, псих! — не унимается одетая как чучело женщина."
"Коля и ей не прочь зарядить. Заткнуть как-то ее поганый рот. Женщин бить нельзя, но это существо у него с женщиной и не ассоциируется.
— Выкладывай все, гнида! — Николай берет предателя за грудки. — Я от тебя места мокрого не оставлю.
Он не шутит.
