"
"— Зачем? Ты все видела. А почему ты не шевелишься? Не накрываешь на стол? Мне непонятно, — бросает на меня гневный взгляд. — Еще и прервала в самый ответственный момент.
— Что? — от его наглости дар речи пропадает.
— Знаешь, как после этих всех занятий безумно есть хочется, — подгавкивает ему Анжелка.
— А как тебе есть захочется, если я отцу все расскажу?! — на смену растерянности приходит злость.
Безумно хочется им причинить боль. Дикую, адскую, чтобы на своих предательских шкурах ощутили все.
— Ты? Не смеши меня, — задирает голову вверх и хохочет.
— Ты же не хочешь, чтобы у папаши твоего сердечко прихватило. А оно у него шалит.
У отца действительно слабое сердце. Но заслуживает ли он жить с предательницей? Но она права, решиться рассказать ему все, я сразу не смогу.
— У вас двое сыновей. Отличная семья. Зачем ты полезла в нашу? — спрашиваю, чувствуя, как внутри сгораю заживо.
Не знаю почему, мне так важно понять их мотивы.
— И вечно воняющий рыбок престарелый муж, — морщит нос.
Отец работает на рыбном заводе начальником смены.
Трудится и сверхурочно, чтобы у нее с сыновьями все было. Покупает постоянно ей обновки, дарит подарки, каждую неделю цветы.
— Ты сама рыбой торговала, жила с алкоголиком, который тебя избивал. Отец тебя из такого болота вытащил! Вот твоя благодарность!
— Выискалась мне тут проповедница, — демонстративно отворачивается и обнимает моего мужа.
— Как ты мог в кровати сына?! В нашей квартире?! И сейчас продолжаешь! — делаю несколько судорожных вздохов, а ощущение, что яд в легкие поступает.
Боль идет по нарастающей, бьет сильнее, жестче. Перед глазами наша жизнь с Глебом… Неужели все двенадцать лет он меня обманывал? Была ли искренность?
— Вот тут признаю косяк. В комнате Сереги не надо было. Но мы зашли подарок положить, — кивает на новенький ноутбук на столе. — И приперло, накрыло… В общем, уплыли от страсти. Анжелка-то деваха сочная.
Он даже сейчас говорит иначе, развязно, нагло. А обычно ласковый, вежливый. Такое ощущение, что мужа мне подменили.
— Я не узнаю тебя… — губы едва шевелятся.
— Расслабься, Машка. Даже лучше, что ты правду знаешь. Теперь по углам прятаться нам с Анжелкой не придется, — заявляет самодовольно.
— А ты… — в мозгу не укладывается то, что я сейчас слышу, — Считаешь… что я спокойно буду на все это смотреть и дальше с тобой жить?
— Уверен. Чем тебе плохо? Я что обижал тебя? Бабла не давал?
— Глебушка, не оправдывайся перед ней! — фыркает Анжела. — Пусть спасибо скажет, что пригрел.
