Он придерживает меня за локоть и наклоняется к уху:
— Мы можем поговорить? Наедине?
— Что ты там опять собрался говорить? — возмущается мама. — Здесь говори! У нас секретов нет.
— Софи! — Шэлдон буравит меня настойчивым взглядом светло-серых глаз.
— Конечно, — нервно улыбаюсь. — Сейчас, только возьму Ленарда.
Прохожу к манежу в конце кухни. Матушка ловит меня за плечо:
— Ничего не обещай этой шельме, пока не посоветуешься со мной! Уже достаточно делов наворотила и так!
— Матушка, прошу! — смотрю на неё умоляюще.
Подхватываю Ленарда и иду из кухни. Налево, вверх по лестнице. Шэлдон поднимается по скрипучим ступенькам следом за мной. Чувствую спиной его липкий взгляд.
— Проходи, пожалуйста, — открываю дверь своей спальни и пропускаю гостя вперёд.
Вхожу следом. Опускаю Ленарда в кроватку, занимаю его погремушками."
"— Ты прости матушку, она не со зла, — пытаюсь выправить ситуацию хотя бы немного. — Ты ведь сам помнишь, как неожиданно всё получилось, мы просто поставили её перед фактом в тот день рядом с обрывом.
Вся её жизнь перевернулась с ног на голову, ей нелегко пришлось.
— Как и тебе, — возражает Шэлдон.
Грустно качаю головой:
— Я никогда не гналась за положением и роскошью, к другому привыкла. К тому же у меня есть Ленард, моё главное сокровище.
Опираюсь локтями на бортик кроватки, улыбаюсь, глядя на агукающего малыша, занятого погремушками. Позади раздаются шаги, Шэлдон встаёт рядом.
— У тебя прекрасный сын, Софи, — его рука ложится мне на плечо и мягко его массирует.
— Но чем дальше, тем больше я убеждаюсь, что брать с собой твою мать было ошибкой. Она при первой же возможности обменяет тебя на билет в театр. Нужно было сделать, как предлагал — стереть ей память, и дело с концом.
— Что? — я резко поднимаюсь и смотрю на него снизу вверх. — Нет! Ни в коем случае, Шэлдон! Всё не так! Она очень мне помогает! Очень! Без неё я бы не справилась! И потом, я бы не смогла спокойно жить, зная, что матушка где-то горюет, оплакивая меня! Это жестоко! Мы всё сделали правильно, даже не сомневайся в этом! Матушка на моей стороне! Она хочет, как лучше!
— Этого-то я и боюсь, — бормочет Шэлдон, затем смотрит на меня задумчиво.
— Ты так красива, Софи.
Его светло-серые глаза покрываются поволокой. Он поднимает руку и проводит по моей щеке тыльной стороной костяшек пальцев. Всё внутри меня кричит отойти, увеличить расстояние между нами, но ноги словно приросли к полу.
Я не могу сдвинуться. Чувствую себя обязанной ему.
