Настоятельница Луиза встала, простерла вверх руки, словно призывая всех замолчать:
– Остыньте, высокородные! Графиня Хелен, тебе было поручено отбить Ильмара у святого паладина Церкви?
– Да!
В пылу перепалки я как-то не обратил внимания на эти слова Хелен. Зато теперь стало совсем тошно.
Церковь пыталась доставить меня в Урбис втайне от Дома. Владетель, прознав про то, послал Хелен… да и не одну Хелен, наверняка это просто ей удача привалила, отбить меня и использовать как ищейку. Что уж говорить, Владетель поступил умнее, видно, лучше знал своего незаконнорожденного отпрыска, понимал, что тот со мной тайной не поделится.
Значит, мало того, что в самой Церкви раскол назревает! Еще и власть светская с властью духовной на ножах!
И все из-за старого фолианта, что лежит у Марка на Слове…
– Марк! – крикнул я. – Кто учил тебя Слову? Кто? Он может забрать с него книгу?
Меня вдруг обуял страх, что мальчик по наивности об этом не думал. Но Марк покачал головой, ничуть не удивившись запоздалой панике.
– Никто меня не учил, Ильмар-вор. Я сам… прочитал.
– Так у тебя то самое Слово? – выпалил я, уже не соображая, к чему катится мир. – Изначальное?!
– Да… нет… не знаю… – Марк смешался. – Это трудно, понимаешь? Я пробую, по-разному, но Слово все еще слабое… Может быть, у меня способностей нет. Может, я просто не умею.
– Покажи мне книгу, – попросил я. – Те страницы, где описано…
– Нет!
У меня никаких сомнений не было – Марк не покажет.
– Мальчик. – Хелен подошла ко мне, словно подчеркивала – мы сейчас действуем заодно.
Марк чуть отстранился. – Как бы там ни было… на твоей совести уже полсотни жизней. И скоро могут наши прибавиться. Что ты собираешься делать?
Марк затравленно посмотрел на настоятельницу. И взгляд этот возымел свое действие, та вздохнула, укоризненно посмотрела на Хелен:
– Графиня, чего вы требуете от бедного, загнанного ребенка? Он понял, что люди еще недостойны этой святой книги. Понял, что знания, в ней описанные, не для нашего жестокого века.
И сделал то, что смог придумать, – убежал, унося с собой бесценное сокровище…
– Скорее – все сокровища мира… – тихо сказал я.
И вспомнился мне вдруг, встал перед глазами старый лекарь Жан. Как он о Марке говорил: «Решил, кто будет для него более полезен»…
Неужели и впрямь?
Когда же он настоящий, когда по каторжникам плачет или когда помощников себе вербует? Или и так, и так?
А Марк, словно решив подтвердить мои слова, шагнул к Хелен.
