Протянув руку, я коснулся ее лица:
– Клянусь и я, Хелен, пусть ты этого не требовала. Клянусь Господом нашим…
Странно, наверное, выглядели мы со стороны. Красивая, благородная женщина со сломанной рукой и богемного вида мужчина, шепчущие друг другу что-то с каменными, напряженными лицами. Хорошо хоть, что первой мыслью при взгляде на нас будет мысль о тайной встрече любовников неравного происхождения.
– Я верю тебе, – сказала Хелен.
– Миракулюс.
– Что?
– Страна Чудес на Капри. Старый лекарь считает, что для мальчика это самое радостное и светлое воспоминание в жизни.
Он будет добираться именно туда. Скорее всего уже там. Или по меньшей мере был в Миракулюсе.
Лицо Хелен чуть просветлело.
– Возможно. Не факт, Ильмар, но возможно… Ты молодец.
– Это не я, это старый барон.
– Все равно ты молодец. Смог так себя повести, что лекарь дал совет. Говорят, что лекарям ни в чем верить нельзя, но тут я готова рискнуть. Одно плохо – Миракулюс как укрытие на поверхности лежит. Неужели в Доме до сих пор не подумали о нем?
– Не знаю.
Надо проверить.
– Согласна, Ильмар.
– И не стоит медлить. Знаешь… не обижайся, но я бы предпочел узкой койке кресло за твоей спиной.
– Затейник. – Хелен стрельнула глазками. – Очень экзотично.
– Хелен, я не шучу. Нам надо спешить.
– Планёры ночью не летают, Ильмар.
– Тебя что, зря Ночной Ведьмой зовут?
– Ильмар, я два раза ночью летала. Не приведи Господь. Даже альтиметр тут не всегда выручает, особенно на незнакомой трассе. А уж восходящий поток ночью поймать… Нет, любезный граф, вам придется пригласить меня в гости.
– Знаешь, я не слишком огорчен, – признался я.
Комплексов у Хелен никаких не водилось. То ли все высокородные такие развратники, то ли в ее роду кровь горячая, то ли риск, в котором летуны живут, действует…
Полночи мы занимались любовью – с пылом юнцов, впервые вкусивших запретный плод. Несколько раз я был готов взмолиться о передышке, но Хелен каждый раз ухитрялась завести меня снова. Только под утро, когда уже начало светать, летунья угомонилась и мирно заснула.
А я лежал на краешке постели, смотрел в окно, крутил в руке бокал с выдохшимся шампанским, то ставя его на пол, то снова беря в руки. И было в душе странное, тоскливое ощущение неправды.
Словно я купил гулящую девку на ночь. Нет, с ней было бы проще и честнее. Хелен ведь я тоже купил – не деньгами, правда, откуда у меня такие деньги. Полезен оказался – вот и расплатилась Хелен… по-своему, по-женски…
Мысли были злые и несправедливые.
