– Вы можете говорить все, что сочтете нужным, но это будет только ваше, личное мнение. Главное, объяснить им, что это не разбойное нападение на мирное торговое судно, а уничтожение пиратской галеры, пришедшей в наши пределы за очередной партией рабов. Это они обязательно должны услышать.
– Я вас понял, ваше величество, – кивнул Сашка, зловеще усмехнувшись. – Где и когда состоится это интервью?
– Погода нынче стоит пасмурная, так что я приказал подготовить вам манеж, – усмехнулся в ответ император. – Порядок обеспечит наша полиция и господа из управления жандармов.
Не стоит пускать такое дело на самотек.
«Блин, ты из меня решил пресс-секретаря сделать, что ли? – подумал Сашка, кивая в такт его словам. – И, похоже, ты туда и сам собираешься. Только тайно. Уж больно рожа у тебя многозначительная».
– Было бы неплохо, если б с вами был кто-то из тех иностранцев, которые находились на той галере. Но, увы, – сожалеюще вздохнул Николай.
– Ну почему же, – улыбнулся князь. – Один точно есть.
– И кто же он? – оживился император.
– Абиссинец. Крещеный. Правда, черный, словно вакса, но зато никто не скажет, что специально обученный, – продолжал усмехаться Алексей Михайлович.
– Абиссинец? Это даже интересно, – удивленно качнул Николай головой.
– Есть еще черкес и литвин. У одного вся спина плетью исполосована, а второму язык вырезали, – добавил Сашка, начиная уже мысленно выстраивать линию своего поведения.
– А вот это очень даже хорошо. Покажите их репортерам. Пусть своими глазами посмотрят, кого защищать собрались, – мстительно усмехнулся император.
– Когда назначена встреча, ваше величество? – задал Сашка самый главный вопрос.
– Через два дня. Я надеюсь на вас, господа, – ответил император, поднимаясь."
"Сообразив, что аудиенция окончена, дед и внук дружно поднялись и, отвесив Николаю церемонный поклон, вышли из кабинета. Алексей Михайлович уже открыл рот, чтобы что-то сказать, когда дверь в приемную открылась и на пороге появилась миниатюрная фигурка вдовствующей императрицы.
Марию Федоровну Сашка до этого дня никогда не видел, но моментально сообразил, кто это, едва увидев выражение лица деда.
– Господа, уделите несколько минут вашего времени слабой женщине, – с легкой улыбкой произнесла вдовствующая императрица.
Поклонившись, князья молча последовали за ней. Проведя их в какое-то небольшое помещение, чем-то напоминавшее малую гостиную, Мария Федоровна присела к столу, жестом указав им на стулья.
