— Пили вторую! — прошипел я.
— Принял! — отозвался тот и усердно заработал рукой.
Несмотря на прохладу, от напряжения мы мгновенно вспотели. Хуже всех было Корнееву — пот со лба стекал в глаза, отчего тот все время жмурился, ругался и тихо рычал.
Почти через три минуты, когда резина практически поддалась, Паша случайно выронил лезвие, которое упало вниз, куда-то в темноту, затерявшись между камней. Попробуй-ка найди его без света.
— Зараза! — процедил тот.
— Ничего, нормально! — отозвался я. — Почти перепилил. Попробуй, расшатать.
Корнеев принялся шатать ее, но едва сам не слетел. Разозлившись, он уперся обеими ногами в стену зиндана, надавил изо всех сил.
Хлоп! — резина лопнула, решетка резко съехала в сторону. Снова лязгнул замок.
Паша повис на одних руках.
— Есть! Оторвалась!"
"Один за другим, цепляясь за стены всеми конечностями, помогая друг другу, и постоянно озираясь по сторонам, мы выбрались из зиндана. Вернули решетку на место. Справа, метрах в двадцати на коврике сидел кто-то из душманов и кланялся.
Пользуясь темнотой, мы быстро рванули к дому Иззатуллы — благо он был недалеко и я хорошо знал маршрут до него.
На каждом перекрестке улочек, мы останавливались. Старались не стоять подолгу.
Первым бежал я, затем Самарин, а замыкал Корнеев.
Благодаря тому, что на ногах были кожаные сандалии, при движении шума было немного. Еще лучше бы вообще босиком — кожа на ступнях уже успела загрубеть, вот только камни были достаточно холодные. Лучше уж так.
Возле домов никого не было — большинство собрались в центре кишлака, на небольшой площади.
Намаз обязывал всех мужчин молиться так, чтобы видеть небо. В помещении тоже допускалось, но только на крайний случай и так, чтобы был хоть какой-то обзор из окна. Каждый мусульманин руководствовался принципом — если во время намаза ты видишь небо, значит, бог видит тебя.
Вот и дом Иззатуллы.
Стоит отметить, что у старика был не один дом, а два, только они были спаренные вместе, но с разными входами. В левом жил он сам и, возможно, кто-то из его детей, а во втором, скорее всего, он принимал гостей.
Неудивительно, что недавно прибывшие моджахеды тоже молятся, а вот где был их старший — европеец — загадка. Ему-то это все эти молитвы без надобности. А может, он и американец, хрен его знает. Неважно, главное — это постоянно быть настороже и бдить за любым изменением обстановки. Не зря существует золотое правило — не спеши и осмотрись. Вот только не в нашем случае, так как время работало против нас.
