Но санитар удивил меня окончательно, он энергично замахал руками:
– Не надо, идите к Королеву, а гроб пусть пока в машине постоит, вы ведь его на катафалке привезли?
– Нет, – вышла я из себя, – под мышкой притащила. Поглупее что-нибудь спроси, а?
– Вы только не волнуйтесь, – заботливо прокудахтал парень.
Совсем дезориентированная, я вошла в основное здание, поднялась на третий этаж, распахнула дверь с табличкой «Главврач» и наткнулась на секретаршу самого противного, неприступного вида."
"– Вам кого? – отчеканила дама, буравя меня ржаво-коричневыми, как крышка канализационного люка, глазами.
– Андрея Владимировича.
– Он знает, по какому вопросу?
– Меня послали из морга, я родственница Полины Железновой, сегодня…
– Ой, – сказал «цепной пес», изобразив на лице неумелую улыбку, – конечно, ждем вас, входите, входите, только не волнуйтесь. У вас сердце здоровое? Сейчас валокординчика накапаю.
Чувствуя, как едет крыша, я вошла в кабинет.
– Меня попросили в морге…
– Вы мать Железновой? – выскочил из-за стола полноватый мужик.
– Нет, – ответила я и, решив не пускаться в долгие объяснения, продолжала: – Я тетя.
– Садитесь, садитесь, – суетился главврач, – может, коньячку?
– Спасибо, слишком рано.
– Тогда валокординчику, – и он сунул мне под нос стаканчик с остропахнущей жидкостью.
– Что случилось? – спросила я, машинально глотая лекарство.
– Да тут, так, однако, ерунда, одним словом, – замямлил Андрей Владимирович, – сколько работаю, не происходило такого… Просто черт знает что вышло, но мы не виноваты, хотя, если вы подадите в суд, пойму вас по-человечески, это же просто дрянь какая-то вышла!
Страшное подозрение закралось в мозг.
– Где тело Полины?
– Э, э, – занудил Королев, – э, в этом все дело, тела как такового нет!
– Как нет? – прошептала я. – Куда же оно делось?
– Ушло, – брякнул Андрей Владимирович.
По его виду было понятно, что разговор дается мужику нелегко. Лицо главврача покраснело, шея тоже, а лоб вспотел.
Андрей Владимирович вытащил из кармана пиджака безукоризненно отглаженный платок и начал промокать испарину.
– Вы хотите сказать, что тело Поли разобрали на органы? – пробормотала я, чувствуя легкое головокружение.
– Я хочу сказать, что Полина жива, – резко выпалил Королев, – совершенно жива и, на наш взгляд, здорова, находится сейчас в 305-й палате.
Секунду я смотрела на потного врача, потом хотела встать, но ноги подкосились, и я рухнула на пол.
