Три года тому назад Нинушка, блестящая переводчица, свободно говорящая на трех иностранных языках, выскочила замуж за Теда Смита, американца, проживающего в провинциальном городке возле Лос-Анджелеса. Тед вполне обеспеченный человек, владелец местной газеты и радиостанции, Нинку он обожает, и Железнова живет теперь в Штатах.
Полина не поехала с матерью, ей предстояло получить в этом году диплом. Полечка просто проводила в США все лето.
Услыхав о жутком происшествии, я мигом кинулась звонить Нинушке, но телефон в ее доме вещал радостным тоном на русском и английском языках: «Привет, мы уехали отдыхать, чего и вам желаем.
Если хотите, оставьте свое сообщение, если нет, тогда перезвоните после пятнадцатого декабря. Чао!»
И вот теперь мне предстояло хоронить Полину. Продолжая трястись от холода, я влезла в машину, включила печку на полную мощность и поехала в Москву. Наше Ложкино расположено всего в нескольких километрах от Кольцевой магистрали, но воздух тут не в пример лучше столичного.
Припарковавшись возле малопрезентабельного здания, ободранного и покосившегося, я вошла внутрь и нажала на звонок, красовавшийся возле двери с табличкой «Категорически запрещен вход родственникам. Только для персонала».
Высунулся мордастый парень в не слишком чистом белом халате.
– Ну? – спросил он.
– Здесь вещи, – сказала я, протягивая чемоданчик.
– Чьи?
– Железновой Полины, – ответила я, ожидая услышать что-нибудь типа: «Давайте» или «Хорошо».
Но парень повел себя загадочно. Он мигом выскочил из-за двери и ласково сказал:
– А вам не сюда.
– Почему? – удивилась я. – В прошлый раз мужчина, такой полный, велел прибыть сюда первого декабря с вещами.
– Нет-нет, – быстро сказал санитар, – идите в клинику, третий этаж, спросите Королева Андрея Владимировича.
– Зачем? – недоумевала я.
Парень суетливо ответил:
– Мы люди маленькие, нам велят, мы делаем. Приказано родственников Железновой отправить к главврачу.
В полном изумлении я спросила:
– И вещи ему нести?
– Конечно!
– А гроб?
– Вы и гробик привезли?
– Естественно, – обозлилась я, – да что тут за порядки такие? Вы покойников родственникам в мешках отдаете? Ясное дело, должны одеть и уложить в домовину.
Между прочим, я заплатила вашим коллегам по полной программе, и если они с вами не поделились, то это не мое дело. Впрочем…
Я вытащила из кошелька зеленую купюру.
– Возьмите и сделайте все нормально.
