Вторая – за двойное убийство сожительницы и ее матери. Поверь, еще один труп для него ничего решит, – сообщает мне Родион.
Киваю, но от этого не легче. Блок с двери снимается, и я выхожу. Белов выходит следом и помогает вытащить мои сумки.
– Два дня. Не грузись, Лиса, пока ты под моей опекой, тебе ничего не грозит.
– Кроме тебя, – нервно усмехаюсь.
– Кроме меня, – язвительно усмехается, садится в машину и уезжает.
Уже вечером, когда меня почти отпускает после общение с мамой и домашних забот, на телефон приходит сообщение от Олега.
«Ты обещала мне свидание, Елена Прекрасная. Пиши адрес, завтра наш день. Отказов не принимаю». Задумываюсь. Что принесет мне это свидание? Олег прекрасный мужчина. Гораздо честнее, благороднее Белова. Но… я не такая. Во мне что-то надломилось в сторону Паука. Я смотрю на него с другой стороны и понимаю, что хочу нырнуть в него еще глубже. От этой больной тяги нужно избавляться. Ничего хорошего, кроме душевного раздрая, эта связь не принесет. Родион Белов не умеет любить.
А просто так раздавать тело очень больно.
Пишу Олегу адрес… Стоит хотя бы попытаться.
Глава 18
Родион
– Вот такие дела, Родя. Всегда есть кто-то выше, кто может шарахнуть по башке. Даже если карьерная лестница закончилась, есть он! – Одинцов усмехается и указывает пальцем вверх, имея в виду Бога.
Поздно он о Боге задумался. Что-то не беспокоила его кара, когда эта падаль губил карьеру моего отца. Бог закрыл глаза, но я это просто так не оставлю. Все вернется этой зажравшейся мрази.
Держите друзей близко, а врагов еще ближе. Мы очень близки. Одинцов даже не представляет, насколько близко я подобрался к нему. Дышу в затылок. На моей флешке «бомба». Я столько всего накопал, что ему уже не отмыться. Но мне нужна не просто бомба, мне нужна атомная боеголовка, которая еб*нет по его карьере настолько, что от взрывной волны и радиации полягут все его приспешники. И эта информация хранится у моего соседа.
Улыбаюсь Одинцову, кивая. Ты еще не знаешь о том, что твоя кара близка, осталось совсем немного.
А сейчас можешь наслаждаться этим ужином в хорошем морском ресторане.
– Как там Варвара? – спрашиваю я, принимая от официанта стейк из лосося."
"– Не жалуется, – с сожалением произносит Одинцов. – До сих пор не понимаю, как она могла променять тебя на какого-то торгаша, – качает головой. – Девочка… – скептически цокает. – Держал и направлял ее, как мог. Но дура, что с нее взять. Наплачется еще.
– Не преувеличивайте.
