Неожиданную месть придумал академик! Ещё неизвестно, что бы произошло, если бы до конца вынюхал этот «курс ароматерапии», не исключено, потерял бы рассудок. Благо, нелёгкая занесла охотников за волками, иначе бы с головой погрузился в параллельный мир и видел бы вокруг только дивьё лесное...
Он точно помнил, что не засыпал даже на минуту, однако в какой-то момент услышал вкрадчивый голос у себя над ухом:"
"— Пей, дяденька, не бойся... Молоко помогает. Ты же знаешь, его бесплатно дают на вредном производстве.
Особенно на лакокрасочном...
Зарубин понял, что в руках у него знакомый бидончик, и он уже выпил больше половины! А голос между тем продолжал звучать, больше напоминая сновидение:
— Тебя же на базе потеряли. Как принцессу! Ищут везде... Твой начальник Фефелов прилетел!
Потом они ехали на машине по невероятно тряской дороге — в голове отдавалось. И это был не сон.
— Отлежаться бы тебе, — Дива Никитична была за рулём. — Да боюсь оставлять у себя. Начнут искать — отыщут мою избушку.
А это моё последнее прибежище, где могу побыть одна. И так уже Недоеденный намекал, что знает... Как принцессу найдут и всё успокоится, ты приходи. Дорогу запомнил?.. Или давай я за тобой заеду?
Зарубин что-то ей отвечал, но невпопад, не понимая, что его приглашают на свидание. Буровил что-то про болото, багульник, кажется, рассказывал про Боруту и чёрный вертолёт, потому что она смотрела на него участливо и с сожалением. И увещевала ласково:
— Ничего, дяденька, это пройдёт.
И глаза откроются, чтоб на свет смотреть...
При этом гладила ладонью по лицу; он не видел из-за светобоязни и бегущих слёз, но ощущал её руку и чуял, как утекает головная боль. И уже отчётливо запомнил момент, когда остановились на развилке возле указателя на охотбазу Костыля.
— Здесь ты уж сам дойдёшь, — сказала вдова. — Не бойся, открой глаза!
Он разлепил веки, протёр загноившиеся глаза — перед ним и впрямь оказалась Дива Никитична.
А была опасность, что всё это снится...
— А ты? — спросил Зарубин.
— Мне пора назад, — озабоченно проговорила вдова. — Дракоши мои волков обложили, придётся самой на номер становиться... Завтра за тобой заеду! Вечером приходи на эту развилку.
Голова уже не болела, и на свет можно было смотреть, но отупение чувств ещё не прошло. И когда машина Дивы Никитичны исчезла за поворотом, он спохватился, что ничего не сказал ей, даже не поблагодарил.
