В доме сразу становится неуютно и тесно, а в душе появляется забытое чувство смятения. Как в детстве. Маленькой девочкой я всегда его сторонилась и избегала встреч.
В руках у Асадова два огромных пакета с игрушками. Ну зачем так много? Я всё равно не позволю за раз столько подарить. Прекрасно понимаю его чувства, но Тимур к такому не привык.
Динар проводит рукой по влажным волосам и задерживает на мне внимательный взгляд. Сима незадолго до его приезда сказала, что я похожа на смерть, и принесла косметичку из ванной.
Подумав, я подкрасила ресницы, нанесла немного румян на щёки. Не хочу, чтобы Динар видел, как я на самом деле переживаю.
— Привет. Такая тишина… Он спит?
— Привет. Да, ещё спит. Скорее всего, из-за дождливой и ветреной погоды.
Я иду на кухню. Динар направляется следом. Чувствую на спине его взгляд. Сильно жжёт между лопатками.
— Я пила кофе, когда заметила, что ты вошёл во двор. Будешь? — Указываю глазами на кофемашину.
— Нет, Наташа, спасибо.
Динар присаживается на стул и смотрит на меня.
Столько раз мы завтракали вместе, ужинали... Я всё помню, что он любит, а что нет, поэтому и не предложила чай. Клён за окном скребёт ветками по стеклу, Асадов переводит на него взгляд и хмурится.
— Мы редко здесь бываем. Раз в год примерно. Я не успела никого нанять, чтобы обрезать ветки на деревьях. И не думала, что будет такое ненастье.
— Его не обрезать, а спилить нужно. Он же высох уже. Я завтра пришлю бригаду, и всё сделают.
— Спиливать не нужно, лишь обрезать ветки. Папа любил этот клён.
— Хорошо, спилить лишнее, — соглашается Динар и приподнимает уголок губ, снова поворачиваясь ко мне.
Видеоняня на столе оживает и показывает изображение, что Тимур встал. Динар тоже это замечает, и в нём резко что-то меняется. Взгляд становятся мягче, на лице появляется растерянность. Мне нравится видеть эти эмоции, и, как зависимому наркоману, хочется ещё...
— Подожди нас здесь, мы скоро спустимся.
— Оставь, — просит Динар, касаясь моей руки, когда замечает, что я тянусь к видеоняне и хочу её выключить.
— Подглядывать нехорошо, знаешь ведь?
Он поднимает глаза, и у меня перехватывает дыхание, кожу на руке покалывает от его прикосновения.
— А впрочем... смотри, мне всё равно."
"Я отдёргиваю руку и поднимаюсь наверх, переодеваю Тимура, и мы ещё какое-то время обнимаемся с ним на диване и разговариваем, — это наш обычный ритуал после пробуждения — а потом идём вниз.
22 глава
Наташа
Я выключаю видеоняню и спокойным взглядом смотрю на сына.
