Ещё немного, и я сойду с ума от напряжения.
Спустя пару минут слышу, как машина отъезжает от дома, и иду вниз. Ставлю аптечку на место, быстро мою посуду, проверяю содержимое холодильника. Завтра сварю суп и что-нибудь на гарнир. Не могу я сутками напролёт лежать и ничего не делать. Достаю из морозилки контейнер с готовыми котлетами и собираюсь подняться наверх, когда слышу хлопок входной двери. Чуть-чуть не успела. Динар появляется на кухне и, заметив меня, замирает на месте. Бросает пакет из аптеки на стул, затем переводит взгляд на раковину и недовольно качает головой.
Я собираюсь уйти, взяв видеоняню со стола, но Асадов преграждает путь.
— Я мазь купил от болей в спине. Намажешь? — спрашивает немного насмешливым тоном.
— Рано ты что-то начал сдавать. Выглядишь полным жизненных сил, — ехидничаю я.
Похоже, Динару нравится, когда я пытаюсь его задеть? Вот сейчас он опять довольно улыбается.
— Там ещё шприцы и раствор для инъекций. Хочешь побыть медсестрой?
— Я не умею делать уколы.
— Ну не проблема, сам с уколами справлюсь.
Не в первый раз. А с мазью? Поможешь или оставишь мучиться?
— Ты не выглядишь больным, — подначиваю я.
— Мне согнуться пополам и напустить на себя страдальческий вид? — Он тут же морщится и хватается рукой за правый бок.
— Правда больно? Почему молчал?
Динар прячет улыбку в уголок рта.
— Правда больно. Вот сейчас говорю.
— Снимай футболку, Асадов. Посмотрю, что там у тебя.
Я чувствую, как начинают дрожать пальцы от мысли, что сейчас придётся к нему прикасаться.
Надеюсь, он притворяется.
Динар стягивает ветровку, бросает её на стул, и через пару секунд рядом приземляется футболка. Волосы взъерошены, чёрные глаза блестят, грудь ритмично поднимается и опускается в такт дыханию. Господи, да за что это испытание? И кого я обманываю? Я хочу его. Безумно. Лучше бы чужого человека в дом привела, чем его. О чём я только думала, позволив ему остаться?
Ставлю видеоняню на стол и достаю из пакета мазь. Заставляю себя не рассматривать его плечи и грудь, но глаза снова задерживаются на шрамах.
Их много. Сколько раз в него стреляли?
— Повернись, — прошу тихим голосом.
На спине, чуть ниже поясницы, виднеется красная полоса и проступающий синяк.
— Что ты делал?
— Упал.
Выдавливаю мазь на ладонь и растираю место ушиба. Сердце начинает отбивать бешеный ритм, когда я вожу кончиками пальцев по его коже. Желание прильнуть к Динару всем телом и обнять настолько велико, что начинает кружиться голова.
